Несколько дней назад многие видели в СМИ новость о том, что следовательница поручила оперативным сотрудникам найти и доставить в отдел более 43 тысяч человек, посмотревших видео в интернете. Каким бы парадоксальным не казался этот случай на первый взгляд, он раскрывает некоторые особенности расследования преступлений в России.

Не вовлеченному в рутинную работу следствия человеку легко представить по детективным сериалам, что расследование уголовного дела возглавляет следователь, и по его заданию сообща и дружно работают оперативники и эксперты-криминалисты. Эмпирические данные показывают, что это далеко не так. Несмотря на то, что следователи, оперативники и эксперты вроде как заняты одним делом, специализируются они на разных задачах, подчинены разным подразделениям, и критерии оценки их работы чаще всего не совпадают и даже противоречат друг другу. Поэтому внутренние бюрократические конфликты сопровождают рутину их работы постоянно. Так, если задача оперативников найти «злодея», то задача следователя - грамотно составить уголовное дело и обвинительное заключение, которое должно устроить руководство, прокуратуру и судью. Качество расследования заменяется качеством бумажного оформления (возможно именно поэтому следователей в России больше, чем оперативников).

Вернемся к истории про поиск 43 тысяч интернет-пользователей. Очевидно, что формулируя такое поручение, следовательница не оценила ресурсы, которые потратят сотрудники и даже она сама на точное исполнение поручения. Даже если представить, что на поиск и допрос одного человека они совокупно потратят всего час времени, то им понадобится более 5,5 тысяч рабочих дней или почти 4 года. Почему же следовательница не опирается на логику? Дело в том, что она и не ожидает, что кто-то будет исполнять ее поручение буквально. Заваленные делами следователи районных отделов СК, также как и следователи и дознаватели МВД должны отчитаться хоть чем-то по каждому делу. Поэтому проще составить подобное поручение, отправить его оперативникам, и в ожидании ответа заняться другими делами. Оперативники же, в свою очередь, станут работать «головой», а не «ногами» — напишут отписку, что выявить никого не удалось. Это собственно и произошло. Подобный пинг-понг бумагами между отделом СК и ОВД ни для кого не новость. Важно понимать, что на деле нет единой команды следователя и оперативников, совместно расследующих уголовное дело. Бюрократические отношения между ними значительно сложнее и разнообразнее. Подробнее о них вы можете прочитать в работах Кирилла Титаева и Марии Шклярук: «Российский следователь: призвание, профессия, повседневность», «Российский следователь: 12 эмпирических фактов».