Справка про отсутствие COVID-19: нужна ПЦР на вирусную РНК со сроком не больше 96 часов от взятия образца до границы Кении. Вылет у меня вечером, тесты, судя по статистике поставщика, обеспечивают косяк каждому двадцатому, плюс в пунктах сдачи в аэропортах бывают огромные очереди после прибытия рейсов из Турции, когда почти каждый хочет получить справку для загрузки на Госуслуги (нужно в течение 3 дней, когда вы возвращаетесь). Поэтому хоть у меня вылет и вечером, еду в 2 ночи во Внуково сдавать. Оказывается, у них перерыв с 3:00 до 5:00, и ещё там ждут остатки прошлого рейса. В итоге сдаю только в 6:05, получаю результат в 7:10 на двух языках сразу. Важно указать документом загран, но брать его с собой на тест не обязательно, можно внутренний паспорт и фото заграна. Вечером еду в аэропорт как положено. Там проверяют эту справку на регистрации, а потом начинается непонятное, потому что они не знают, что проверить, а проверить хочется. Если спрашивать их, зачем им это, если это не входит в перечень обязательных документов для въезда в Кению, они начинают хамить и отправляют к представителю авиакомпании. Вообще, это первый раз, когда я слышал хамящих сотрудников «Туркиш эйрлайнс». На контрасте с неожиданно удивляющей выбросами вежливости «Победой» это прямо дико.

На борту «Туркиши» дают набор из маски и двух пакетиков санитайзера на коротких рейсах и набор побольше на длинных. Еда в пакетах, никакой привычной крутой сервировки, порции как в включённые завтраки в российских гостиницах. Бутерброд, сок, кекс, вода. Бортовая библиотека полна фильмами про nCoV — часть крутят для устрашения на взлёте. «При выпадании кислородной маски сначала снимите инфекционную, потом наденьте кислородную на себя, затем снимите инфекционную с ребёнка…», ну и «если вы не можете носить маску, обратитесь к проводнику для получения головного щитка». Оказалось, это не «если у вас одно ухо», а «если вы в парандже». Детям до 6 лет маску не надо. Пока не взлетели, качаю карты Стамбула и Кении в maps.me.

В полёте раздают анкеты для Турции, заполняю. «Туркиши» хороши, у них есть ручки для этого случая, у многих авиакомпаний не так. Аэропорт Стамбула — всё стандартно, но маски носят все без исключения. Позже выясняется, что и в городе так. Штраф за нахождение без маски в общественном месте примерно 10 тысяч рублей. Ну или 1 лира за бутылку воды в руке. Отель говорит, что закрылся 13 марта, открылся 15 августа. В первые дни марта сотнями шли письма про отмену бронирований, не успевали реагировать. Шведский стол в отеле теперь закрытый, надо говорить словами, что нужно положить, и сотрудник столовой кладёт микроскопическую порцию.

Метро работает как обычно, рестораны почти как обычно. Вечером еду в аэропорт обратным трансфером от отеля, уже один. Тут в очередях все соблюдают физическую дистанцию и стоят по кружкам на полу. Удивительно. Без приключений прохожу в чистую зону. Еда в бизнес-зале упакована индивидуально, особенно интересна сарма (которая долма у нас, но долма — это когда фаршируют, а сарма — когда заворачивают, эта в виноградных листьях). Вылет в Найроби. На стороне Кении оказалось, что ввели новое требование: теперь вместо раздаваемой в самолёте бумажки со статусом «я не кашляю», «я был в стране с активно распространяющейся инфекцией — России» и т.п. нужно заполнять онлайн-форму на сайте местного Минздрава. Проблема в том, что для этого нужен интернет-доступ, и пол-очереди получили проблемы. У меня уже была eSIM, поэтому дальше проход через аэропорт занял минут 5. Показал QR-код из письма Минздрава Кении, померили температуру, заполнил бумажную анкету на визу прямо в очереди, получил штамп в паспорт, прошёл в аэропорт. Итого понадобилось: ваучеры на отели, загран на 180 дней действия ещё минимум, две страницы чистые (штамп занимает кусок одной), билет, дата обратного билета, анкета (на месте).