Readovka. Страница 76

Readovka

К середине апреля до Киева доедет практически все обещанное Западом вооружение: с чем ВСУ планируют пойти в весеннее наступление Согласованные партии западных БТР, БМП, танков и артиллерийских установок уже начали поступать на Украину. Несмотря на задержки и ремонтные работы, которые потребовались для приведения боевой техники в рабочее состояние, уже к середине апреля Киеву будет передана большая часть из 1034 единиц военной техники. Readovka изучила, какое вооружение дойдет до киевского режима до начала планирующегося весеннего наступления. На данный момент страны ЕС и НАТО уже передали ВСУ 14 боевых бронированных машин, 90 боевых машин пехоты, 100 бронетраспортеров и 34 танка. К концу весны общее количество поставленных боевых автомобилей (БТР, ББМ и БМП) будет составлять 562 машины. Также в распоряжении Киева окажется 381 бронеавтомобиль. Помимо этого, Украина рассчитывает на 42 самоходные артиллерийские установки, но Великобритания, пообещавшая передать 30 САУ, может отказаться от поставок, поэтому к середине весны у Киева может оказаться только 12 французских установок. Несмотря на кажущиеся единение стран НАТО и ЕС в вопросе военной поддержки Украины, взять и выделить единоразово ощутимую партию вооружения могут себе позволить только США: к середине весны они отправят Киеву 90 БТР Stryker и 181 бронеавтомобиль MRAP. А вот страны ЕС вынуждены долго искать у себя на складах танки, БТР и БМП и готовы отдавать Украине не так много, как хотелось бы Зеленскому. Франция, например, обнаружила у себя только 14 подходящих Киеву ББМ, а Польша — 60 танков, поставка которых уже растянулась на несколько месяцев. Также Украина ждет 100 танков Leopard 1 от Германии, Дании и Нидерландов, но первые 20 единиц доедут до Киева не раньше лета, а остальные 80 — только к 2024 году. Хватит ли этого оружия, чтобы ВСУ перешли в наступление, пока неизвестно, но про эту угрозу нужно помнить, отдавая себе отчет в том, что в техническом плане противостоять придется всей оборонно-промышленной отрасли коллективного Запада.

Суверенная экономика

Второй по величине банковский крах Америки — что стоит за коллапсом Silicon Valley Bank? Разорившийся SVB в значительной степени работал со стартапами, в том числе из знаменитой «Кремниевой долины». Считалось, что у банка достаточно компетенций в этом вопросе, а вот с управлением рисками, как выяснилось, все было очень плохо. Формально у кредитной организации в капитале образовалась «дыра» на $2,25 млрд, что стало следствием колоссального «бегства вкладчиков», многие из которых принадлежали к венчурной индустрии. Меньше чем за сутки они вынесли $42 млрд, а многие американские (и, например, израильские) стартапы остались практически без денег. Причина — грубейшие ошибки в управлении процентным риском. С конца пандемии американские банки принимали все больше новых депозитов — чуть больше чем за год их объем вырос на $5,5 трлн, а это 3 (!) ВВП России. И SVB был впереди планеты всей — бум развития технологических компаний на фоне пандемии принес клиентам банка миллиарды. А разместить эти деньги в виде кредитов было невозможно, спрос на них был слишком слаб. В итоге SVB покупал облигации, стоимость которых резко упала на фоне роста ставок, в первую очередь с длинным сроком погашения. Например ипотечные, по которым ставки тоже ударили очень сильно. Банк к концу прошлого года потерял порядка $17 млрд, что чуть больше его собственного капитала. Технически он должен был обанкротиться гораздо раньше. Ничего удивительного сейчас не случилось, просто кто-то ошибся на пару десятков миллиардов. Самое интересное в том, что большинство членов правления SVB проработало в организации более 13 лет. CEO Грег Бекер — 29, CCO Марк Кадье — 30. И лишь двое топ-менеджеров пришли в банк совсем недавно — это глава HR и... директор по рискам (CRO). Возникает один риторический вопрос — почему ушел ее предшественник? Кстати, у нас или в ЕС подобное бы вряд ли случилось. Американцы практически не проводили стресс-тестов, предусматривающих резкий рост ключевой ставки. Базельские стандарты (принятые и в РФ) в США не действуют, и напрасно.