Наблюдаю как люди на часы, а то и сутки зависают на сайтах и на информационных каналах. Но информация, кажется, лишь увеличивает неопределенность, порождая страх и беспокойство. Обзоры аналитиков, становящиеся все более осторожными, неотвязно напоминают шаблоны неопределенности. Поэтому наверное в последние дни я все чаще вспоминаю юнговское определение невроза как неспособность выносить неопределенность. И в этом еще одна из причин коллективной травмы – того, что происходит сейчас с нами. Помню, как в 2016 году я слушала открытые выступления международной конференции на английском «Исцеление коллективной травмы». Поискала в сети материалы, но ничего не нашла. Странное чувство: как будто и не было. Или просто плохо искала. А может так срабатывает исключение исключенного? Те, кто знаком с расстановками и системно-феноменологическим подходом поймут, о чем идет речь. Я как-нибудь еще напишу об этом – тема не для одного поста. А пока хочу поделиться книгой, которую я открыла пару лет назад, и в последний месяц то и дело возвращаюсь. Она о больших коллективных процессах, травматическом опыте, передающемся через поколения. Даан Ван Кампенхаут "Слезы предков". Оговорюсь сразу, что читается она не просто – это профессиональная литература. Тем не менее книга дает возможность получить некоторые ориентиры в происходящем. Или по крайней мере взглянуть на него под другим углом. Несколько цитат из книги. 📖"Глубоко травмированные люди не всегда самые легкие в обращении, особенно, если им больше нечего терять, потому что у них забрали все, включая базовое чувство достоинства." 📖"Люди часто сражаются с опытом насилия... Жертва переполнена идентификацией с агрессором... Реальность преступника интроециируется - она проглатывается, вбирается в себя. Жертве нужно научиться разотождествляться, и необходимо привнести реальность событий, которые произошли. Это происходит шаг за шагом, это медленный процесс обнаружения, что ты интроецировал реальность, которая не является твоей собственной, но которая в действительности стала единственной позволенной реальностью. Может создаваться идентичность "меня" и "тебя". Жертва должна осознать, что случились определенные события, и что они случились с ней и что там был еще один участник - преступник. Ей [жертве] нужно разделить этих двоих участников. только после этого виктимный опыт может трансформироваться в личную силу или может прийти что-либо другое".