Недавние исследования показали роль α1- и α2-ARS в регуляции когнитивных процессов, где стимуляция α2-AR может улучшить дефицит рабочей памяти, а агонизм α1-AR может усилить устойчивое внимание. Доклинические исследования указывают на различную роль подтипов α1-ARs в познании. В то время как активация α1A-ARS может оказывать положительное влияние на познание и нейрогенез, передача сигналов, опосредованная α1B, может быть вредной для познания и способствовать апоптозу. Кроме того, в то время как активация α2A-AR опосредует улучшение рабочей памяти после лечения гуанфацином, активность при α2C-AR могут также вызывать психические заболевания, связанные со стрессом, такие как БДР и тревожные расстройства. Кроме того, антагонизм α2C-AR может быть связан с про-когнитивным эффектом, в дополнение к ослаблению тревоги и депрессии. Таким образом, селективная модуляция подтипов α-AR может быть полезной при терапии БДР Это косвенно подтверждается фармакологическим профилем брекспипразола, который обладает антагонистической активностью как при α1B, так и при α2C-АР, и было показано, что он является эффективным дополнительным средством лечения пациентов с БДР. Считается, что при шизофрении дефекты в механизмах раннего сенсорного фильтра приводят к когнитивной фрагментации и, в конечном счете, к галлюцинациям и бреду. Снижение фильтрации сенсорной и сенсомоторной информации, проявляющееся как снижением подавления Р50, так и снижением предимпульсного торможения рефлекса испуга, было скорректировано активацией α2-ARs клонидином. Другие данные нашего поиска показали, что миртазапин увеличивает скорость мышления и контроль внимания при шизофрении , что может быть связано с активацией им α2-ARs. Было показано, что глутамат имеет решающее значение для когнитивной обработки, а фармакологические агенты, которые модулируют передачу глутамата, такие как кетамин, продемонстрировали ADT-подобные свойства . Результаты нашего поиска показали, что экспрессия гена транспортера глутамата была снижена в астроцитах LC в посмертной ткани мозга пациентов с БДР. Активность LC–NE модулируется глутаматергическим входом, и поэтому изменения в уровнях глутамата также могут косвенно влиять на передачу сигналов норадреналина. В других источниках сообщалось о повышенных уровнях глутамата в затылочной коре, префронтальной коре и плазме пациентов с БДР. Следовательно, польза модуляторов глутамата может частично быть обусловлена косвенным воздействием на активность норадреналина