Каппа-опиоидный рецептор: система, препятствующая вознаграждению, дисфорическая Интерес к фармакологии КОР исторически проистекал из надежды на разработку анальгетических соединений, лишенных классического потенциала злоупотребления агонистами MOR, такими как морфин. К сожалению, ранние исследования на людях, в которых изучались свойства агонистов KOR, сообщали о мощных дисфорических и психомиметических эффектах . Хотя эти результаты явно снизили терапевтический потенциал КОР в лечении боли, они также побудили доклинических исследователей изучить эти интригующие дисфорические эффекты. Известно, что активация MOR вызывает эйфорию у человека и вызывает подкрепление на животных моделях. Поэтому исследователи предположили, что MOR и KOR могут оказывать противоположные эффекты в регуляции мотивационных процессов, потенциально посредством модуляции общих нейронных путей. Эта структура была первоначально исследована с использованием условного предпочтения места (CPP) или условного избегания места (CPA). В этой парадигме павловского кондиционирования наркотик многократно сочетается с набором стимулов окружающей среды, которые постепенно приобретают положительные (CPP) или отрицательные (CPA) мотивационные свойства. После повторных сеансов кондиционирования животное впоследствии проявляет предпочтение или избегание повторного воздействия раздражителей окружающей среды (в отсутствие препарата), поведение, которое зависит от механизмов обучения, мотивации и гедонизма. Оригинальное исследование на крысах, проведенное Шиппенбергом и Герцем сообщили, что, как предполагалось, системное введение агониста KOR U69593 или морфина приводило к противоположным эффектам, соответственно вызывая CPA и CPP. В то время как индуцированный морфином CPP отражает его усиливающие свойства, индуцированный KOR CPA предположил, что этот рецептор может быть механизмом противодействия вознаграждению, который способствует двунаправленной регуляции мотивации и гедонистического тона.