Почему «The Economist»у не бывать «The Demographer»ом ? Продолжение. Часть 4 из 5 Затем в статье пошел Ковид. Economist оценил избыточную смертность в России в 1,2-1,6 млн чел. Хотя общепринятая оценка российских и иностранных демографов, которые фокусировались на вычислении российской избыточной смертности, включая косвенное влияние Ковида, 1-1,2 млн. Дополнительно эти чрезмерно широкие оценки абсолютных количеств сравниваются в статье со всем миром и абсолютными количествами в других странах (и естественно, в странах с бОльшим населением), и это тоже манипуляция. И мы об этом много писали: сравнивать нужно сравнимое. Почему же никто из редакции Economist ради собственной безопасности не переехал на время пандемии в Болгарию или Лесото, где абсолютное количество смертей было в разы меньше, чем в UK? Может все-таки дело в том, что абсолютные количества почти ничего не показывают? Но и относительных показателей и методов их расчета существует немало. Из всех них в статье выбрали тот, который показывает Россию в более неприглядном свете: на 100 тысяч жителей без учета возрастного состава. И это было сделано для болезни, которая убивает, в основном, глядя на возраст жертв, и для России, которая среди стран мира входит в группу наиболее старых. Напомним, Ковид был не только в России. Поэтому мы сравнили избыточную смертность в России с другими странам Восточной Европы (они близки России по демографии, ценностям, бытовой культуре). Мы сравнивали, чтобы выяснить какой была бы избыточная смертность в России, если бы в России поведение и государства, и населения были бы как в других странах Восточной Европы. У нас получилось, что специфический российский довесок к избыточной смертности — до 300 тысяч чел. Но если довести манеру подачи информации Economist до абсурда, то обнаружится вся страшная правда российской депопуляции: за все годы правления Путина умерли 45 млн россиян. Какие вам еще нужны доказательства? Суммируя все свои манипуляции и фейки, статья в Economist утверждает, что в 2020-2022 гг., поверх базовой демографической динамики, Россия дополнительно потеряла 1,9-2,8 млн чел. Как показал наш анализ, в реальности, с применением параметров Economist, это число было 0,4-0,5 млн чел нетто. Затем Economist собирает в противоречивую кучу набор не связанных друг с другом утверждений: каким-то образом сокращение численности этнических русских (несуществующее, как мы показали) вынудит этой весной загребать по призыву больше мужчин из этнических меньшинств, но одновременно нехватка этнических русских, якобы, помешает увеличить численность армии РФ. В статье нет даже попыток обнаружить данные (пусть даже искаженные переписные, которые хоть и плохого качества, но все-таки открытые) о половозрастном составе русских и меньшинств. Но, возможно, из-за того, что такие данные сразу же опровергнут эту безосновательную часть статьи. Этнический состав тут, собственно, и не при чем, но статья упорно объясняет все события во Вселенной «вымиранием» этнических русских россиян (уж не Юнеман ли тайный автор статьи?). Мы уже много раз показывали, что Россия загребает мясо на войну, не взирая на этническую принадлежность. Что же до призыва, то как раз меньшинства туда старательно не пускали, хотя они рвались. Демографическая ситуация действительно препятствует росту численности ВС РФ. Вероятно, минобороны исправит это принудительным обращением призывников в контрактники и массовым набором на контракт мужчин 30+ и особенно 40+, среди которых больше безразличных к сохранению своей жизни. Продолжение далее…