Поговорим о романе Анатолия Мариенгофа "Циники"

Судьба писателей, принявших советскую власть, не всегда была завидной. Отказывались печатать Платонова, отказывались издавать Мариенгофа. Первый изобрел свой собственный язык, ставший воплощением революции. Второй был прекрасным стилистом, сравнивающим луну с "ломтиком лимона в стакане чая, подбеленного сливками".

"Циники" – роман, написанный в 1928 году, впервые был издан в России в 1988. Тогда Мариенгофа мало кто знал. Известность его исчерпывалась тем, что он был другом Есенина и одним из основателей иммажинизма. Большую же часть своей жизни Анатолий Мариенгоф прожил в забвении.

Нельзя сказать, что писатель приобрёл огромную популярность после публикации. Если Платонов сейчас не в должной мере, но читаем, то Мариенгоф его участи не разделил. Обращаются к нему только тогда, когда нужно "покапаться" в личной жизни Есенина, к коему я, кстати, равнодушен.

Сюжет романа крутится вокруг послереволюционной России. Впрочем, сюжета-то как такового нет - есть зарисовка. Чувства, революция, смерть - всё это мельком, словно мы в поезде. Так, Владимир и Ольга становятся мужем и женой ввиду прагматических соображений. Ольге без отопления спать холодно. А после она будет спать с нэпманом за 15 тысяч долларов. "Измена" - подумаете вы. "Цинизм" - ответят вам супруги.

Цинизм свойственен не только героям романа, но и эпохе. Мрачные размышления Владимира чередуются с хладнокровными сводками о поедании трупов. В стране страшный голод, гражданская война. Бесконечные указы и директивы бессильны против физиологии. Цинизм - единственный способ выжить.

Иммажинизм вырос из футуризма. Я, честно говоря, большой разницы между ними не вижу, поскольку слог Мариенгофа буквально идентичен слогу Маяковского с одним лишь отличием, что это проза. Мариенгоф любит сравнивать, любит использовать необычные метафоры. "Я хватаю руку извозчика и покрываю её поцелуями. Шершавую костистую руку цвета красной лошадиной мочи".

Есть здесь и юмор. Циничный юмор, естественно.

"Hа фаянсовом попугае лежат pазноцветные монпансье. Ольга выбpала зелененькую, кислую.
— Ах да, Владимиp…
Она положила монпансьешку в pот.
— …чуть не позабыла pассказать…
— …я сегодня вам изменила".

Говоря о рассказчике, он одновременно похож и на Веничку из "Москва-Петушки", и на безымянного героя "Голода" Кнута Гамсуна. Трагизм с улыбкой на лице. Пожалуй, именно так выглядит помешательство. Но как идентифицировать психическое нездоровье, когда ему подвержена вся страна? Выход один – поддаться общему безумию.

Роман читается быстро до неприличия. Рекомендую всем, кто ценит в литературе работу со словом.

#книги