Поговорим о романе Ильфа и Петрова "Двенадцать стульев"
Есть произведения, которые после своего выхода становятся частью фольклора. Они растаскиваются на цитаты, тем самым формируя негласный круг почитателей и, что называется, людей "в теме". Роман Ильфа и Петрова - яркий пример подобного произведения. "Двенадцать стульев" - это не только отражение советской действительности, но и набор архетипов. Будь то Остап Бендер или Эллочка-людоедка - персонажи стали именами нарицательными и остаются таковыми даже сегодня.
Что интересно, роман написан весьма откровенно по отношению к советской власти. 1927 год - период НЭПа - позволял это сделать. Другое дело, что и опале подвергать авторов тоже особо не за что, ведь главный герой - жулик, а, соответственно, претензии к нему бессмысленны. Да, впрочем, Воробьянинов тоже далеко не типичный образ для тех времён. Что Бендер, что бывший предводитель дворянства - чуждые элементы, оторвавшиеся от рабочей массы. Такие люди никак не могли формировать повестку в СССР. Именно поэтому роман и прошёл цензуру.
Язык написания непритязателен, но не лишён обаяния. Вообще, весь роман - своего рода сборник анекдотических зарисовок, лишь формально объединенных каким-то сюжетом. Авторы не ставят себя выше читателей, скорее наоборот - принижают. Поэтому к Ильфу и Петрову принято относиться как к развлечению, но не серьезной литературе. Идея романа также возникла спонтанно, как и впоследствии спонтанно появился герой Остапа Бендера, ставший центральной фигурой. Короче говоря, "Двенадцать стульев" - благосклонный к читателю роман, не требующий к себе серьезного отношения. Да и написан он был всего за 4 месяца.
При чтении возникает стойкое ощущение вечности эпохи, бытописанием которой занимаются авторы. Двенадцать стульев - есть символ прошлой жизни, что ушла недавно, но навсегда. Герои гонятся за драгоценностями, но деньги уже не имеют былой значимости, ведь тратить их нужно крайне осторожно, дабы не попасться. Союз "Меча и орала" смотрится убого и нелепо на фоне Союза, охватившего большую часть территорий распавшейся империи. Таким образом, "Двенадцать стульев" - это ещё и роман, провозглашающий смену эпох. Свёртывание НЭПа лишний раз закрепит результат.