В триаде "свобода, равенство, братство" первое принимается нынче почти всеми, второе - едва ли половиной, причем с радикальными оговорками и ограничениями. Но по крайней мере всем понятно, о чем идет речь. А третьего уже просто не понимают и стараются им пренебречь. А между тем триада эта построена как восхождение. И "братство" в ней - вершина, высшая ступень, предельно осмысленная и вполне осязаемая. И двести (плюс-минус) лет назад это сознавали все. Люди, что ли, были лучше?.. Не стану гадать про французов, достаточно обратиться к России: ведь главный пафос великой "Шинели" Гоголя (из которой потом "вышли все") - это преследующее, пригвождающее одного из легкомысленных мучителей Акакия Акакиевича на протяжении всей последующей его жизни, неизреченное, прочитанное лишь во взгляде мучимого "Я БРАТ ТВОЙ!" - расширенное автором в страстном монологе на всё и вся... Гоголь и натолкнул на эту связь. Если "братство" по Гоголю (по крайней мере, тем, кто еще не разучился читать и чувствовать) все еще понятно, почему же "братство" триады кажется пустой риторикой? Не потому ли, что все, относящееся к "политике", мы давно изъяли из внутренних глубин, определили этому место на поверхности, вне душевно-нравственных переживаний и фундаментальных человеческих интересов, окрасили лицемерием и цинизмом, причем туда скопом оказались отправлены не только партии, программы, борьба идей, но и революции, и жертвенность, и солидарность, и вся "депрессивная" классика, умевшая только сопереживать да плакать... А оно, оказывается, - вон откуда. Выросло с надеждой на спасение из неподдельной боли конкретного живого человека, одного из мириада других страдающих существ. Когда-нибудь такое, всем нужное понимание "политики" вернется в обиход. Есть к этому предпосылки.