Гумилёв говорил, что у Лозинского абсолютный поэтический слух и вкус; и вообще, если бы нужно было показать марсианам одного человека, выбрать следовало бы Лозинского. Абсолютный слух — штука врождённая, но без упражнения никуда, каждый день, как балерина, к станку. Кстати, о балеринах. "Живя летом 1940 года на Селигере, Михаил Леонидович обратил внимание на стечение слов, начинавшихся на одну и ту же букву: балерины (Уланова и Вечеслова, жившие вблизи), Богинский (инженер и балетоман, приезжавший через протоку), его байдарка “Богиня”, деревня Бараново. Возник следующий сонет:   Богинскому Буквословие Борей беснуется, безжалостный, беззвездный. Беспечный баловень блестящих балерин, Барановских брегов бродячий бедуин Байдаркой бороздит бушующие бездны. Богинский, брось блажить! Безумства бесполезны. Борта болтаются, “Богиня” будет блин! Беги бурлящих бурь, блуждающий блондин! Благоразумен будь, борец бронзожелезный! Блаженно бытие. Базар богов богат: Бывают барышни, бостон, ботинки, блат, Большие бабочки, бесплатные билеты, Бридж, баккара, бордо, баранина, буше, Бетховен, Берлиоз, балы, бега, балеты, Блокноты Байрона, бумаги Бомарше…". Из воспоминаний И.М. Ивановского о Лозинском. Шутка-то шутка, но поди так пошути.