​«На словах ты Лев Толстой, А на деле – хуй простой». Как ни странно, но речь пойдёт не о классиках, а о классике жанра, а ещё более прозаичнее — об критике. У всякого конца есть начало, и прежде чем писатель размещает своё бесценное творение на суд читателя, он его как минимум вычитывает сам, и как максимум отдаёт на вычитку редакторам. Канеш редахтур редахтуру рознь и глаз даже самого оптически выверенного взгляда замыливается. Пропуски ошибок неизбежны, никто из нас не рождается в пенсне и с томиком Даля в руках. Но! Моё устойчивое мнение (можете запустить в меня банкой сгущёнки в обсуждении), что не столь важно какие буквы вы пропустили, сколько какие смыслы вы впустили в своё произведение исхуйства. Читатель читателю рознь, и если ты сидишь тут на своём анальчике ровно, пёхаешь эпизодически своему преданному читателю «я пишу о том, как пишу, ибо пишу я, чтобы вы могли писать о том, как писать...», то не следует забывать, что есть и другие люди, для которых ты — не Пейсатель, а говно на палке. И поучая как держать в руках ложку, сидя в своей писательской обители, помни, что выйдя за пределы своей уютной башенки в дикое поле, ты должен быть морально готов, что критика будет жОской, оценки рЕзкими и взглЯды пристальными и беспощадными. Не стоит недооценивать читателя и переоценивать свои писательские таланты. Не готов к критике? Болезненно на неё реагируешь!? Вступаешь в полемику и защиту своей грязной работёнки? Не лезь в писательство вообще! Или умей ставить кордон, отражающий критику. Окси давно уже подвёл черту, репнув «Пойми, меня не ебёт, я что вам сильный мира всего? Я всего лишь Писатель, моё дело – писать. Слушай, чё ты пристал? Я за добро, но я пишу книги, а в остальном: Да гори оно всё пламенем синим, ебись конём!» Ну серьёзно, ребят, смешно это всё. Не существует формулы «писательства». Как и нет ответа на вопрос «Как научиться писать хорошо». Нет нормы и нет никаких правил. Но есть 3 составляющие писательской деятельности, и я настаиваю на их воплощении в жизнь: мотивация, воля, ответственность. И если с мотивацией и волей всё понятно, то ответственность — это то, без чего твоя корона Пейсателя слетит при первом же комке грязи, брошенном в твою книжку. Другими словами, раздувая свою всезнайкость и слишком умничая, знай, что даже при 300 грамотных и вылизанных предложениях, найденное 1 кондовое не спасёт тебя. Подводя черту, и возвращаясь к жанру… на смену плохому полицейскому выходит добрый, со спасительной пилюлей в кулачке: На самом деле — любая критика, это попытка прогнуть тебя на предел допустимости. Просел — ответил, вступил в полемику — считай, проиграл! Начинать оправдываться — всё равно что признать правоту оппонента. Это не про найти положительное, это про выискать отрицательное и раздуть его до размеров слона. Но даже через призму плохого, даже в самом жОском посыле, есть свой смысл. Высмеивание — сильнее любой даже самой разрушительной критики, потому что само оно находится вне любого оценочного поля. Такова матрица, Нео)