О Локке и пространстве (продолжение, начало тут). Хотя Локк перешел с релятивистских позиций на абсолютистские, он сохранил антикартезианский тезис о том, что мы можем применять пространственные понятия за пределом мира. Со времен греков известна связь между пустотой и движением, и Локк тоже на нее полагается. Причем эта связь дает основание постулировать пустоту как внутри мира, так и за его пределами. Для последнего он использует аргумент, которые имеет явно античные корни. Вот текст Локка в его советском переводе: «Если не предполагать [мир] тел бесконечным, а этого, я думаю, никто не станет утверждать, я бы спросил: если бы бог поместил человека на краю мира телесных вещей, то не мог ли бы человек протянуть свою руку за пределы своего тела? Если бы он мог, то простер бы свою руку туда, где прежде было пространство без тела, и если бы он там раздвинул пальцы, между ними все-таки было бы пространство без тела. Если бы он не мог протянуть своей руки, то, должно быть, вследствие какой-нибудь внешней помехи (ибо мы предполагаем его живым, способным приводить в движение части своего тела, как он может и теперь; само по себе это не невозможно, если бы так было угодно богу, или по крайней мере не невозможно для бога так двигать человеком); и в таком случае я спрашиваю, есть ли то, что мешает руке двигаться наружу, субстанция или акциденция, есть ли это нечто или же ничто?» (Опыт, II, 21). А вот что Симпликий рассказывает нам про Архита: «Архит, как говорит Евдем, формулировал аргумент так: “Окажись я на краю Вселенной, т. е. на сфере неподвижных звезд, мог бы я вытянуть вовне руку или палку или нет?” Допущение, что не мог бы вытянуть, нелепо. Но если вытяну, то то, что вовне, окажется либо телом, либо местом (как мы увидим, это совершенно безразлично). Таким образом, сколько раз не допускай [все новую и новую] границу Вселенной, [отодвигая ее все дальше и дальше], всякий раз он будет аналогичным образом подходить к ней и задавать тот же самый вопрос, и если то, на что [вытянута] палка, всякий раз будет иным [=прибавочной величиной по отношению к принятой протяженности Вселенной], то ясно, что оно и бесконечно. И если это тело, то исходный тезис [«существует бесконечное тело»] доказан. Если же — место, а место, [по определению], есть то, в чем тело либо находится, либо может находиться, между тем применительно к вечному возможное следует считать осуществившимся, то и в этом случае существует бесконечное тело и место. (пер. А.В. Лебедева). Тут явно видно, что для Архита, если мы доверяем источнику, разница между тезисом о бесконечном теле и бесконечном пространстве не велика, а потому что скорее ближе к картезианскому взгляду на тождество телесного и пространственного (во всяком случае, для бесконечности). Однако Локк использует этот довод, предполагая, что оппонент уже согласен, что бесконечного тела нет. А значит он показывает, что есть бесконечное место, то есть существует место без тела.