Один из самых распространенных способов объяснить, что такое проблема сознания-тела, состоит в том, чтобы указать на радикальную различность физических вещей и элементов сознания. Первые имеют пространственные характеристики, а другие нет. Скажем, ваша идея о чемодане не может быть длиной полметра. А вот сам чемодан — может. Но вот далеко не всем философам очевидно, что все содержимое ума не имеет протяжения. Вот, например, Джон наш Локк пишет: «Ум обладает способностью повторять идею любой длины, идущей по прямому направлению, и присоединять ее к другой, идущей в том же самом направлении, что приводит к удвоению длины этой прямой, или придавать ей любой, какой ему заблагорассудится, наклон, образуя тем самым какой ему угодно угол» (Опыт…, II, 13, 6). Т.е. у идей есть длина. Представить себе это можно так. Вообразите отрезок АБ. Теперь вообразите отрезок ВГ, который длиннее отрезка АБ. Ничего тут сложного нет. Но раз вы представляете эти отрезки, то они по определению суть идеи, т.к. идеи, по Локку, это непосредственные объекты ума. Тут очевидно, что один объект ума длиннее другого, по условию задачи. Значит во всяком случае у некоторых идей есть протяженность. Из этого не следует, что у всех идей она есть. А значит мы можем продолжать объяснять проблему сознания-тела как раньше, только добавляя, что речь идет про те идеи, у которых протяжения нет. Но все равно интересно, можно ли последовательно защищать идею о том, что некоторые элементы сознания обладают протяжением.