Когда рассуждают про Горгия, то часто говорят, что его сочинения не стоит воспринимать как серьезную теоретическую работу; это скорее демонстрация риторического умения в сочетании с пощечиной общественным вкусам (есть и другие мнения, например, у Барнса, но все же). В частности, так говорят про речь «Похвала Елене», суть которой состоит в том, что Елена, собственно, не виновата в Троянской войне, так как «Елена сделала то, что она сделала либо по воле судьбы, по решению богов и в силу роковой необходимости, либо (она сделала это), будучи насильственно похищена, либо соблазненная речами или плененная любовью. Итак, если (она сделала это) вследствие первой причины, то вина падает на виновника (божество)». Остальные варианты прорабатываются по той же схеме. Может быть, по каким-то стандартам это и не очень серьезно, а просто риторика. И, наверное, есть хорошие (внешние по отношению к тексту) основания так считать. Однако вот на что хочется обратить внимание: точка зрения, которую тут защищает Горгий, не совсем необычна. Елену, конечно, не назовешь образцом верности, и к войне она имеет прямое отношение. Но идея про ее невиновность высказывается у самого Гомера. В частности, про это говорит человек, у которого было, наверное, более всех поводов ее винить, Приам: «Шествуй, дитя мое милое! ближе ко мне ты садися.// Узришь отсюда и первого мужа и кровных, и ближних. // Ты предо мною невинна; единые боги виновны (οὔ τί μοι αἰτίη ἐσσί, θεοί νύ μοι αἴτιοί εἰσιν)» (Il., III, 161-5). И сама Елена тоже валит все на Афродиту (Il., III, 395-400; см. также Il., VI, 345ff). Так что дело тут такое, тонкое.