1992 Писал эти строки в 2016-м, актуальны, безусловно, и сейчас. "Сегодня День защитников Осетии. Это официальное название траурных мероприятий в столице республики. Три десятилетия назад, промозглой октябрьской ночью 92-го, началось ингушское вторжение в Северную Осетию. Подлое,  нахрапистое, с явным расчётом на эффект неожиданности. Налетчики не учли одного - навстречу им грудью встали Осетины. Самые разные. Простые шалдонские мужики, парни из Камбилеевки,  наши братья из Цхинвала. Это были дни исключительного человеческого единения. Возможно, беспрецедентного в новейшей российской истории. Шакалов загнали обратно в их логово, при этом чётко дали понять: “Больше даже не пытайтесь - закончится очень плохо!” Потом был относительный мир, шло время и острота восприятия драматичных событий,  конечно, притуплялась из года в год. Сегодня мы пришли к тому, что ингуши снимают очередное плаксивое документальное кино, а мы старательно играем в политкорректность, избегая называть вещи своими именами.  Теперь у нас только коротенькие телевизионные материалы да термин “трагические события”. Я очень боюсь, что война 92-го может стать таким же полуфантомом в сознании нового поколения,  как,  например, драма 81-го года. Кто вспоминает теперь о тех днях? Кто бережно хранит в памяти правду и передаёт её младшим? Несколько дней назад журналист газеты “Северная Осетия” задала мне  вопрос: “Что нам самим надо сделать, что избежать повторения событий 1992 года”? Просто сформулированная задача, у которой нет легкого решения. Нам однозначно нужна внятная национальная идея. Если хотите, государственная осетинская доктрина, которая позволит консолидировать неоднородное общество, заставит чиновничий аппарат работать в интересах народа и избавит некоторых наших соплеменников от риторики в стиле: «Какая прекрасная жизнь в такой-то республике, как много там делается для простых людей». Именно эта национальная СВЕРХидея способна  побороть в нас то, что я называю большим комплексом маленького народа – постоянное стремление к разделению и безрассудному самоуничижению. «Мы иронцы, а вы дигорцы. Мы христиане, а вы мусульмане. Вы северные, а мы южные, а вообще мы два народа». До тех пор, пока в обществе не утихают такие разговоры, ни о каком полном единении не может быть и речи. Есть в современной конфликтологии такое определение «региональный центр силы». Я хочу, чтобы народ Осетии играл именно эту роль, представая единым, сплоченным и пассионарным кулаком. Чтобы всё наше естество отправляло совершенно четкий невербальный сигнал соседским фантазерам всех мастей: «И думать забудьте о притязаниях на наши земли и нашу историю, иначе…”