​​С утра иду менять полис в поликлинику по маршруту своей первой школы, и золотые листья хрустят под ногами. Отсчитываю, что ходила по этой дороге 7 лет подряд, но странно – совсем не нахожу в себе ностальгии по тем временам.

Я не помню в своём детстве особого счастья. Оно было обычным, со своими травмами, радостями и трудностями. Помню прописи, которые мне никак не давались. Лучшие тетрадки каждую неделю вывешивали на специальной доске почёта, и я никогда не находила там свою. Помню, как мама аккуратно подписывала пенал и все мои вещи. Буриме (кто-то начал, ты продолжи), и мой удачный смешной стишок про жирафа. Ежегодные воспаления лёгких и горы книг, которые я читала запоем, пока болела. Свою дружбу с толстой библиотекаршей в районной библиотеке. Как я в столовой поставила Кате Б. ультиматум, что она будет общаться либо со мной, либо с Женей К. И она выбрала Женю К., хотя мы были очень близки (тогда я поняла, что манипуляции – это гавно).

Помню вкус школьной пиццы за 10 рублей. Запах блеска для губ из перехода за 19 рублей. Разочарование оттого, что мне в 7 классе пришли валентинки лишь от подруг. Острое ощущение непонимания и каши в голове от задач по математике ещё в начальной школе. То, как один чувак на физре назвал меня сарделькой, а я назвала его сосиской. Своё ощущение бессилия, когда я не могла подтянуться ни одного раза, не могла быстро пробежать, не могла далеко прыгнуть. Мои постоянные справки-освобождения и не сданные нормативы.

Ощущение бессилия в бассейне в школе олимпийского резерва оттого, что я никак не могу перейти с боковой дорожки (где плавали отстающие) на центральную. Жуткая ненависть к соревнованиям в любом виде – оттуда.
Ощущение глубокого разочарования от того, что мама не покупала собаку (потому что ты не умеешь заботиться) и ролики (потому что ты всё себе переломаешь).
Издевательства учительницы по труду на тему того, что я хуже всех девочек в классе успеваю по её предмету, ненависть к бытовым делам и чувство беспомощности перед любого вида работой руками.

Все эти установки “я это не могу, я в этом хуже, у меня это не получится, это не моё”, кажется, въелись под кожу, вошли в мой генетический код.

Я так и не стала по-настоящему красивой и популярной.
Я так и не научилась подтягиваться на турнике.
Я так и не разобралась в математике даже на уровне среднешкольной программы.
Я так и могу ровно пришить чёртову пуговицу.
Я так и продолжаю первой мыслью думать “нет, я не смогу”, и только потом, робко “а если всё же попробовать?”

Я так всегда была уверена, что не получится, что на самом деле, почти никогда не пыталась делать то, в чём не была хороша.

И когда психотерапевт осторожно спрашивает “у вас такое мощное представление о себе, такая безапелляционная уверенность, что ваше, а что не ваше. А вы уверены, что все ваши старые представления коррелируют с реальностью?”, я впадаю в ступор.

Я думаю: наверно, люди, которые хотят чего-то, не имея к этому склонности, просто сильнее пробуют, а не забиваются обиженно в угол с ощущением "это не моё, меня обделили". И пока я даю старому опыту определять, кем я буду сегодня, это не история про то, что я хорошо знаю себя. Это история про то, что я не оставляю себе шанса себя на самом деле узнать.