Выученная беспомощность

Мы с мамой стоим в огромной очереди возле здания Пятого канала. Она такая большая, что раскинулась по улице Чапыгина длинной змеей. Это кастинг на роль ведущих в новой детской программе. Мы стоим уже час или полтора, и очередь почти не двигается. Мне лет 10, и я очень сильно хочу стать ведущей на детском ТВ. Я артистичная, у меня есть опыт занятий в театральной студии, хорошо подвешен язык, я обожаю кривляться на камеру и уже мечтаю стать журналисткой. Я готова провести в этой очереди хоть целую вечность, только чтобы не упустить свой шанс. Но маме надоедает стоять, вся эта затея кажется ей бессмысленной, а усилия — слишком затратными. Поэтому с со слезами и скандалом меня вытаскивают из очереди и уводят домой. Мама предлагает купить мороженое, мои любимые чипсы принглс, всячески меня задабривает, но я ничего не хочу. Мне больше ничего не нужно от этой жизни, мои мечты разрушены, мне не дали даже попробовать, мама меня предала.

Это одно из самых болезненных моих детских воспоминаний. Сегодня оно пришло мне в голову на сессии с психологом, когда я подыскивала метафору для ощущения в собственной жизни. Так вот, мне 29 лет, и я до сих пор чувствую себя, как ребёнок, которого в любой момент могут вытащить из очереди за мечтой, и от которого ничего не будет зависеть. Который много раз пробовал — проявить инициативу, расшибить коленки, преодолеть себя, постараться, но ему всегда говорили “это не для тебя. это сложно. это опасно. не стоит пытаться”. Иметь собаку (заботиться) — не для тебя. Учить математику (напрягаться с тем, что сложно и плохо даётся) — не для тебя. Кататься на роликах (проявлять ловкость и рисковать) — не для тебя. Стоять в очереди (и проявлять упорство, терпеть дискомфорт ради большего) — не для тебя.

И вот ты вырастаешь в этой выученной беспомощности и внешне выглядишь, как человек, который справляется со своей жизнью, с решениями и вызовами. Но, каждый раз что-то пробуя и предпринимая, ты давишь в себе этот противный внутренний голосок: “да это не для тебя”, "куда ты вообще полезла", “у тебя не получится, не стоит даже пытаться”, хотя никаких объективных причин к этому, вроде бы, нет, и жизнь к тебе весьма дружелюбна и щедра.

Когда я смотрю на детей, которых растят в концепции “ты можешь всё, если постараешься”, которым позволяют пробовать новое и ошибаться, дают возможность самостоятельно делать выбор, помогают освоить навык преодолевать трудности, у меня внутри что-то сжимается. Я думаю о том, как сложилась бы моя жизнь, если бы меня тогда (и потом — ещё очень много раз) не вытащили из этой очереди на Чапыгина, 6. Если бы поддержали мою решимость добиться своего. А потом поддержали бы, если бы ничего не вышло. И сказали “это нормально. не забивай. попробуй ещё раз”.

Мне хочется вернуться в прошлое, взять за руку эту маленькую плачущую девочку, обнять её и шепнуть, что ей можно. Можно делать выборы, разбивать коленки, стоять в очередях на кастинги миллионы часов, горько плакать, подниматься на ноги и снова пытаться. Что она может справиться абсолютно со всем. И что я всегда буду рядом.