Пьющие люди (а мы не по наслышке с н̶а̶м̶и̶ ними знакомы) часто сталкиваются с такой проблемой (помимо алкоголизма): нечем занять себя за обедом (кроме бокала вина) или в ожидании друга. А в Грузии друзья, даже не грузины, очень быстро начинают жить по грузинскому времени, а значит, приходить на встречу через час после назначенного времени.
Сидит, значит, такой алкоголик, ждёт друга-алкоголика и скучает.
Чтобы провести время с пользой (сомнительной), мы предлагаем «увлекательную» игру (обратите внимание на кавычки и не поддавайтесь). Играть можно любым количеством народу: как одному в ожидании подруги, так и вместе, дождавшись её, или вообще толпой друзей.
Игра называется «борода Самсона» и заключается в том, что нужно определить возраст бородатого грузина. Как это сделать?
Вариант первый для социопатов с развитой фантазией: мысленно сбриваете бороду.
Вариант второй для экстравертов: просите фото без бороды. Возможно это будет младенческий полароид.
Вариант третий: подходящий психически здоровым людям — спросить напрямую.
Вот такие вот занимательные игры у алкоголиков. Ваше здоровье, как говорится!
Как турист ты удивляешься, что может быть тааак дёшево. Собственно, даже перестаёшь смотреть на цены, потому что дома ты получишь четверть хинкалины за 80 тетри (20 рублей), а тут целую. Стыдишься торговаться с таксистом, потому что 4 лари (100 рублей) — ну, это ж смешно.
Пожив какое-то время «переехом», уже перестраиваешься на грузинские цены и не воспринимаешь их как ману небесную. Начинаешь тратить бюджет как грузин: ждёшь, когда цена на Яндекс.такси упадёт с 5 до 4 лари, а вино дороже 10 лари считаешь излишней роскошью. Охреневаешь от платы за интернет и мобильный, потому что в России это копейки, как и газ, которым можно было согреваться, если на улице минус 35, а в квартире проблемы с отоплением. Здесь же газ с мобильным интернетом начинаешь ценить на вес золота, ибо есть подозрение, что они хотя бы позолочены, иначе как объяснить его цену?!
Сегодня бюджетный выпуск #hyevpytevoditel для любителей фото в интерьере
Если хотите совместить приятное с полезным — выпить и сделать инстаграм-фоточки, то не обязательно идти в Pur Pur. Потому что фото в винтажном интерьере с бокалом вина — это безусловно дохуя эстетски выглядит, но стоимость бокала самого простенького вина стартует от 10 лари, с̶ ̶х̶у̶я̶ ̶л̶и̶ ̶б̶а̶н̶я̶ ̶т̶о̶ ̶с̶г̶о̶р̶е̶л̶а̶. Обидно, как говорится, особенно если знать, что в магазине бутылка такого же вина в разы дешевле. И это знание весьма омрачает еврейскую душеньку.
Так вот, для всех евреев-эстетов открываем страшную тайну — в Тбилиси окромя Pur Pur есть и другие инстаграм-пригодные едальни. Кафе Linville ничуть не уступает ни в интерьерах, ни в нерасторопности обслуживания, только цены здесь не конские. Бокал мцване-киси 5 лари, саперваи розэ – 6 лар.
Ещё пару лет назад людишек в Linville практически не было. Мы здесь несколько раз обедали и работали пол дня в гордом одиночестве — прекрасное место для социопатов. Было. Но сейчас здесь дохуя народу. Но сейчас их везде дохуя, поэтому броньте столик заранее.
Находится Linville в самом центре р̶а̶з̶в̶р̶а̶т̶а̶ старого города, но его прям придётся поискать — ориентируйтесь на угол Котэ Абхази и Абесадзе, увидите дверь с картиной неизвестного автора, смело заходите, поднимайтесь по шаткой лестничке на второй этаж и получайте визуальный оргазм.
Турист закидывает в себя хачапури и хинкали несколько раз в день, обильно заливая всё это вином. А по возвращении на родину ещё долго видит сны с ароматным грузинским хлебом из дыры в стене.
У «перееха» в рационе из грузинского остаётся только вино, ну, может хинкали несколько раз в месяц. С каждым прожитым месяцем грузинская еда радует всё меньше. Снится мамин борщ и детсадовское пюре с сосиской. Слава грече, которая есть в грузинских супермаркетах.
Сегодня музейно-просветительский выпуск #hyevpytevoditel
Любители музеев могут сказать, что в Тбилиси кроме Голубой галереи просветиться больше нечем и остаётся только пить с горя. Пить безусловно стоит, но не с горя, а от радости, потому что музеев в Тбилиси ̶х̶о̶т̶ь̶ ̶ж̶о̶п̶о̶й̶ ̶е̶ш̶ь̶ хватает.
Например, небольшой, но гордый музей фольклора и прикладного искусства на улице Дадиани. Экспонатов не очень много, а этикеток к ним ещё меньше. Хотя грузинские источники пишут, что музей хранит ОГРОМНУЮ коллекцию экспонатов, возможно и правда хранит, но не выставляет. Но, anyway, как говорится.
Первая причина зайти сюда — это место расположения — он находится в старом городе, а вы всё равно по-любому будете по нему шляться и, устав от душных туристических толп, можно спрятаться в музее.
Вторая причина — вы упарываетесь по всей этой хуйне — ковры, вышивка, костюмы, и прочие радости декоративно-прикладного искусства.
Явки, пароли: ул. Ш.Дадиани, 28 (Ш. – это имя, а не то, что вы подумали). Вход 2 лари.
С 17 по 19 мая в Тбилиси проходила ярмарка современного искусства Tbilisi Art Fair. В связи с чем, мы таки имеем, что сказать. Мы, конечно, не эксперты, но кто вообще эксперт в современном искусстве? Истинными специалистами смогут быть только будущие поколения. А мы выскажем чисто субъективные впечатления.
Главное ощущение — не хватило вербализации (это, когда тебе языком, необязательно русским, говорят, о чём это). Есть подозрение, что по причине излишней лености и бренности бытия грузинских художников, отсутствовало какое-либо описание. В большинстве случаев этикетаж представлял из себя накорябанное ручкой на стене имя художника (возможно это аллюзия на наскальные надписи). Для сравнения — у иностранных художников с этим был полный порядок.
Современное искусство — это, в первую очередь, высказывание (поправили очки на носу и продолжаем), художник должен пояснить, что он хотел сказать. Это во времена Репина таких вопросов не возникало: «Что же хотел сказать художник этими бородатыми мужиками и куда они тащат эту баржу?». Да, ничего он не хотел сказать, просто написал чуваков, которые жрать хотят, а зарабатывать в интернете ещё не научились — так сказать, зафиксировал историческое событие.
А в современном мире хуй угадаешь, что хочет донести до тебя художник. Поэтому художник описывает свой концепт, а все такие с умным видом говорят: «Ебать, как глубоко копнул». Многие произведения современного искусства выглядят так, будто кто-то не добежал до толчка и нагадил посреди музея, но подсуетился и придумал концепт из серии «Фекалия в форме хинкалины заставляет посмотреть на главный символ Грузии по другому. Истинная ли это ценность?»
Возможно, грузины оценивают просто «красиво» или «некрасиво», без подтекстов. А поскольку это ярмарка-продажа (картины можно купить), то ты оцениваешь, подходит она к дивану в гостиной или нет. Но если картина отягощена концепцией, которая тебе никуда не упёрлась, то купить её уже сложнее.
Ну, что друзья, ч̶ё̶р̶н̶ы̶й̶ первый понедельник без ИП — не повод выходить в окно. Мы, как Ланистеры, решили отдать свой должок и написали таки пост-сравнение восприятия Грузии как турист и как «переех».
Чтобы не утомлять наших любимых почитателей длиннопостом пространных рассуждений, мы решили ввести новую рубрика #психоанализнаколенке, где будем писать как воспринимает грузинскую жизнь жизнерадостный турист и усталый эмигрант. И помните: к̶у̶р̶е̶н̶и̶е̶ ̶в̶р̶е̶д̶и̶т̶ ̶з̶д̶о̶р̶о̶в̶ь̶ю̶ наша аналитика не претендует на объективность, как и всё в этом канале.
Пункт первый — люди. Они открытые, возможно даже слишком, а где-то даже вывернуты наизнанку. Будучи туристом, сначала охуеваешь, а потом кайфуешь и даже задвигаешь свой социопатический костюмчик подальше в шкаф и надеваешь полупрозрачное платьице общения, в котором кружишь от одного разговора с местными к другому.
Переехав, и спустя месяц-два эйфории, начинаешь прозревать и осознавать, какой это пиздец, когда твои границы не то, чтобы нарушаются, они просто стираются. У грузин, в принципе, нет такого понятия. Вопросы про то, где живешь, с кем живешь, почему одна, почему не замужем и как это нет детей звучат от продавца, таксиста, врача, квартирной хозяйки, соседей, и даже грузинские псы посматривают вопросительно. Грузины не понимают, что приглашать себя самого в гости — это как минимум нетактично. А фраза о том, что ты сейчас занята и есть свои дела, воспринимается как обида. Поэтому, переехав в Грузию, ты большую часть времени и сил тратишь на выстраивание границ.
Сегодня Маргарита Львовна расскажет #пролюбовь в грузинском тиндере.
Тиндер — хорошая возможность найти с̶е̶к̶с̶ общение в любом городе, особенно в эмиграции. Но не стоит ожидать, что грузинский тиндер будет отличаться от грузинской реальности. В тиндере сидят те же грузины, что и на улице, с тем же набором гениальных и максимально тактичных вопросов: «А ты давно в Грузии?», «А где живёшь?», «А с кем живёшь?». Узнав, что ты сингллэди и счастливая обладательница квартиры в центре, каждый нормальный грузин считает своим долгом пригласить самого себя к тебе в гости (как говорится, если не он, то кто?).
Поэтому не ждите оригинальности от общения в интернете и изощрённо-продуманной переписки, всё прагматично и ожидаемо.
Но одно отличие от грузинской реальности всё-таки есть. В общении с тиндерменом тебе с нихуя может прилететь фото хуя (хуёвая тавтология — наше всё), в жизни, к счастью, хуй показывают только с твоего согласия.
Любите конфликты, как любят их Ланистеры, тогда путь вам в Давид Гареджа. Это комплекс пещерных монастырей. Часть находится на грузинской территории, другая — на азербайджанской. «Как так случилось?» — спросите вы. А мы ответим: «Хуй знает» (он знает всё, но молчит), но предположим, что это бездумное деление территории в советское время, когда не было границ и никто не думал, что империя может умереть. И вот уже 25 лет грузины переживают, что их культурное наследие на чужой территории, а азербайджанцы встали в позу и не хотят отдавать стратегически важную территорию (высоко сидишь и далеко глядишь). Кто-то даже скажет, что это очень тяжело, очень…
Буквально на днях эта тема опять всплыла в местных СМИ, потому что Азербайджан на несколько дней перекрыл путь к одному из монастырей, который расположен рядом с границей. Грузины сказали, что это просто так не оставят и отправили туда активистов. Весь активизм, который удалось нам наблюдать, — это хождение вдоль границы с грузинскими флагами (на границе не только тучи ходят хмуро, но и не менее хмуро ходят грузины).
Если хотите посмотреть на грузино-азербайджанскую игру в гляделки на границе, ищите грузина с машиной, не нашли — пиздёхайте на Площадь Свободы. С Площади каждый день ходит автобус в 11 утра. Он довезёт вас до монастыря, подождёт три часа и привезёт обратно в Тбилиси. Удовольствие стоит 30 лари с носа.
Первая часть майских шашл съедена, мангал обновлён, печени худо (хотя то, что мертво умереть не может), а наша история #курилкасвященника продолжается.
Привёл нас риэлтор в квартиру недалеко от Сухого моста. Хозяева с нами вообще не разговаривали. Потом мы поймём, что это норма, когда с тобой грузинский сопровождающий, ощущать себя Патриком Суэйзи в фильме «Призрак»: Дэми Мур пиздит с грузином (да и сама Дэми —грузин), а ты тщетно пытаешься привлечь к себе внимание).
Квартира не выдерживала сравнения с Ваке, да, и в принципе сравнение с квартирой не выдерживала. Кровати были, даже матрасы имелись, но про подушки с одеялами хозяева забыли, вернее они посчитали, что у нас есть свои (ага, мы из Москвы еще свою джакузи притащили). В общем, в этом варианте нас устраивала только цена и район. И будучи в здравом уме, мы бы на такое не согласились. Но в угаре ладана от сопровождения деда Антона, который увещевал, что ̶Б̶о̶г̶ ̶т̶е̶р̶п̶е̶л̶ ̶и̶ ̶н̶а̶м̶ ̶в̶е̶л̶е̶л̶ всё хозяева сделают — и унитаз поменяют и подушки с посудой купят и интернет проведут, мы повелись. Как в последствии оказалось. хозяин этого ̶б̶о̶р̶д̶е̶л̶я̶ райского уголка тоже поп (монах или ещё какой-то святой хрен), видимо на этой почве отцы и договорились по-грузински.
Прожили мы в этой квартире 4 дня. Ну, как прожили, в основном мы тусили в кафешке неподалёку, ибо там интернет, и можно поработать. За эти 4 дня случился прогресс — был куплен унитаз. Куплен и поставлен на видное место. Так и стоял в коробке (возможно это была пустая коробка, мы не проверяли). Спали мы укрывшись спальниками (да, весной ночью в Грузии очень хочется укрыться одеялком, ни разу не тропики), одолженными у друга-грузина. На вопросы про интернет, хозяева резко переставали понимать русский и что-то отвечали по-грузински.
Заплатили мы за неделю (благо, что мозгов хоть хватило на то чтобы не платить сразу за месяц). Через пару дней прибежал наш риэлтор-сказочник и начал требовать свой процент и был послан святыми словами (благо у нас хорошие учителя), поскольку риэлтору должен платить хозяин, а не арендаторы. В итоге мы не смогли прожить и неделю в этом святом гадюшнике, сбежали через 4 дня, забыли и квартиру, и деда Антона как страшный сон.
Мораль сей басни такова: на бога надейся, а сам не плошай. Аминь, как говорится.
Майские майскими, а наша пьеса #курилкасвященника продолжается.
А не расстались мы с отцом, по причине своих длинных языков. В то время мы как раз собирались съезжать из своих царских палат в Ваке и искали новые апарты. Отец, конечно же, не смог промолчать (грузин как никак) и сказал, что поможет. Вай, как говорится, нот?
Сухой мост – это место где находится атмосферная барахолка с хрусталём твоей бабушки и транзисторами деда. На противоположной стороне моста тусят риэлторы — сборище грузин и даже грузинок с толстыми тетрадками под мышками (мышка всё ещё никак не связана с монахом). К этому сборищу, размахивая полами рясы, и направился отец Антоний, а мы за ним.
Либо отец тут был не впервой, либо ряса и подвешенный язык сделали свое дело, и один из мастеров своего риэлторского дела с радостью повёл нашу святую троицу на показ квартиры тут же, недалеко от моста.
Дальше последует рассказ, почему брать священника в переговорщики сомнительная идея и почему не стоит связываться с риэлторами на Сухом мосту. Но об этом после ̶б̶и̶т̶в̶ы̶ ̶з̶а̶ ̶В̶и̶н̶т̶е̶р̶ф̶е̶л̶ майских в понедельник.
Ну, шо? Как говорится, дожили! Расчехляй мангал! Мир, май, шашлык и третий выпуск #курилкасвященника
Святой отец не всегда был святым. В своё время он был криминальным авторитетом, тусил с дедом Хасаном в Москве. Предлагал нам по возвращению в Москву поспрашивать о нём, говорил что все его знают (мы пробовали спрашивать доверительным шёпотом у людей в метро: «Деда Антона помните?», но они почему-то шарахались). После возвращения из Москвы в Грузию, отец плотно сидел на героине (хотя, логичнее наоборот). Из наркотического плена его вывела, конечно же, Вера (Пална). Сам Илия 2, который является то ли братом, то ли сватом (всех грузин), привёз его в монастырь, где отцу после долгой ломки пришло просветление.
Антоний не только подвёз нас до дома, но продолжая подтверждать свою истинную грузинкость, пригласил сам себя к нам на чай. Мы уже не знали, как отвязаться от отца, но природная тактичность (оставляйте это чувство на таможне при въезде в Грузию) акцептировала его чайную оферту (рыжая часть канала бьёт себя по рукам, но юридическое дерьмо всё равно льётся из-под пальцев). После чайка отец захотел перекурить.
Стоим мы, значит, на балконе своих царских четырехкомнтаных палат в Тбилиси. Весна, солнце, сигаретка курится, дымок вьётся — умиротворение, а у нас мороз идёт по коже от того, что отец на дорожку рассказывает о том, как был домушником в Москве.
Казалось бы, самое время сжечь симки и забыть отца, как страшный сон, но мы не ищем легких путей.