🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Телеграм-канал Наивная Политология Величие и маленькость (часть 4) Величие укоренилось как идеология правящего класса, однако за рамками патриотического сегмента и доверчивых телезрителей не встретило народной любви, ведь уровень благосостояния "глубинного народа" способствует, скорее, распространению социалистических, а то и большевистских идей. Одна из главных проблем такой идеологии - плохая совместимость с прежними методами работы политтехнологов, привыкших действовать по качественным методичкам. В то время как новая линия, считавшаяся до 2022 года маргинальной (о чём свидетельствуют результаты СРЗП в 7.5% на выборах 2021 года), вынуждает в режиме аврала импровизировать: привлекать шаманов, экстрасенсов, тарологов. Ввиду отсутствия стандартов и границ дозволенного, политики, пытающиеся набрать политические очки с опорой на патсегмент, иногда уходят в буффонаду, а украинизация риторики СМИ делает прежнюю опору на эмигрирующих сегодня горожан из вечно-предсреднего класса, прежде довольных маленькостью мещанства с велодорожками, парком Зарядье и электробусами с USB-портами, или подданных, приученных к стабильности, неактуальной. И здесь уже полезней обратиться к опыту южных коллег, ведь подобные идеи ближе менталитету жителей западных областей Украины. Однако важно указать и на отличия: культ смерти, культ барина, свойственный аграрному обществу и восстановленный в угоду концепции "служебного человека". Вторая проблема - невозможность сформировать единый образ будущего для левого и правого флангов "обманутых патриотов" из нижних слоёв, а также полноценно "продать" вовлечённым мировоззрение бенефициаров идей величия. Итогом становится фиксация на противопоставлении Русского мира всему остальному миру и многослойные "беспонтовые пирожки", эксплуатирующие идеи прошлого, и больше напоминающие "столовскую пиццу" с несовместимыми начинками. Третья проблема архитектурная: провластные ЛОМы прекрасно справляются с демотивацией, отвлечением социума, поддержанием уже существующих конфликтов, однако противоположные действия - сплочение или мотивация к участию в качестве добровольцев предполагают наделение населения субъектностью, невероятной в вертикальных системах, поэтому новая опора власти предпочитает статус "диванных критиков". В итоге, "массовым" политтехнологам приходится вслепую ориентироваться на меньшинство, ранее окормляемое специально обученным персоналом, ведь доля подобных граждан в социуме не может быть высока, хотя формулировки соцопросов сегодня объединяют данную группу с лоялистами и аполитичными подданными. Манипуляции социологией порождают политическую тульпу "большинства", руководствуясь интересами которого власть снижает уровень доверия реального населения и повышает уровень тревожности, ведь "обманутые патриоты" жаждут приведения реальности в соответствие с пропагандой, что экономически нецелесообразно - смысл величия в формировании красивой картинки, позволяющей скрыть неприятные детали. Невозможно удовлетворить запросы подобной группы: например, по поводу введения смертной казни для коррупционеров, что противоречит интересам правящего класса, или перехода от СВО к полномасштабной войне, что не соотносится ни со средствами, ни с желаниями большинства граждан и подданных. При этом вопросы к патсегменту появляются и у главных бенефициаров величия. Если до тактических отступлений власть устраивала оппозиционность данной группы, покуда она была направлена против либеральной оппозиции, то несоответствие реальных возможностей конструктам пропаганды ведет к утрате контроля над сегментом, конспирология популяризирует слово "договорняк", а антиэлитизм и антиэтатизм выливаются в требования наказания виновных из числа "своих", которых "не бросают", или разгона существующих структур, в том числе исправляющих последствия деятельности "патриотичных" акторов, что ещё больше дестабилизирует систему. Попытки системы управлять антисистемной патриотической оппозицией (возможно, оглядываясь на доктрину "управляемого хаоса"), пока выглядят неэффективными.