🤷‍♂️ «Мы и не заметили, как кончилось вчера» – Максим Жбанков о том, как поменялись наши медиа Если коротко, то среди изменений культовый культурный аналитик называет четыре проблемных: Усталость — это реакция юзеров на абсурдную пестроту альтернативного информационного поля. Тут и ад войны с шизой московского карлика, и монотонные хроники политических репрессий. «И кто неделю спустя вспомнит очередные посиделки на троих, новый кинг-сайз спич Чалого или ехидную реплику Шрайбмана?» – риторически спрашивает Жбанков. Аварийная миграция – как писать, когда ты вроде как минский портал, но половина команды в Варшаве, треть в Батуми, а остальные — в Мадриде? Как сохранить эффект присутствия в ситуации фатального отсутствия? Беларусы Кракова, мигранты Берлина и айтишники Вильнюса — это одна нация или три диаспоры? И как говорить с теми, кто остался в родном зоопарке? Что у нас осталось общего кроме борьбы? Медийный террор — еще одна пластинка на вечном реплее. Черные клоуны с клоунессами вылетают на экраны с четкой миссией – пугать и строить. Их задача не переучивать и вербовать. И это уже не информационная работа. Это боевой стендап. Они не убеждают. Нечем там убеждать. Они прессуют и давят. Демонстрируют силовые аттракционы. Чтобы все заткнулись. Тявкали лишь по команде. Чтобы в цирке были тишина и порядок. Сдача инициативы – в ситуации медийной войны канонические принципы «чистой» журналистской работы перестают быть релевантными. Боевой режим медиа — мобилизация, агитация и пропаганда. Плюс блокировка аналогичных действий противника. Создавать события. Задавать темы и ракурсы. Бить по складам и коммуникациям. В разрыве линии фронта — между путинскими агит-истериками и украинским геройским эпосом — мы, новые мобильные, со своей непринужденной вежливой медийностью, пока смотримся тихой заводью среди двух лесных пожаров. Все как любят беларусы: протест комнатной температуры. Движ без резких движений. И знаете что? Нас даже заметят. Пожалеют. Могут дать денег. Но не больше. Так не выигрывают. Так даже не выживают. Что же делать? Максим Жбанков отвечает так: Речь идет о системном построении новой карты смыслов. Стратегически важна новая оптика. Не центровка на страданиях и жертвах. Не хроника посадок. Не бесконечный список пострадавших. Не панорамные репортажи из жизни беженцев и мутные истории пожелавших вернуться в родной зоопарк. Не плоские описания очередной политической разборки. Очень рекомендуем прочитать мнение Максима Жбанкова целиком: 👉 Читать на KYKY (эта ссылка откроется только с VPN), 👉 читать без VPN<b> Ваши мысли по этому поводу – пишите в комментариях