А если это не навсегда? Надеюсь моим коллегам-психологам эти переживания незнакомы, но я о них напишу. Иногда я замираю и думаю о том, что делать, если терапии больше не будет. Господин П. проснётся и решит: «запретить!». Теперь всех психологов будут судить как комиков. Ну вот как-то так выйдет, что наш брат не будет поддерживать дискриминацию и сегрегацию, а это будет внезапно для чего-то нужно. Теперь придётся через чащу тикать, прижимаясь к земле, чтобы дроны не засекли. Или посильно/повсеместно введут дополнительную сертификацию. Нет, я не боюсь экзаменов. Я до сих пор наизусть помню основы общей психологии, нейропсихологии и клиники. Проведу «пиктограмму» на коленке, что уж говорить про интерпретацию методик на внимание. Этический кодекс отскакивает от всех поверхностей через опыт собственных ошибок. Я боюсь, что это эта схема станет насквозь коррумпированной и именно поэтому я не сдам. Так как просто не откуплюсь и не умею давать взятки. А вдруг случится так, что ударит сильнейший дефолт. Из денег мы будем делать самолетики и забивать скрученные купюры табаком. Греться у костра, разгоревшегося из книжек Джудит Бек и Джеффри Янга. Людям не нужна будет психотерапия и уж тем более глупо за неё платить. Ладно, первое время я смогу брать хлебом и простоквашей. Но потом этого хлеба и простокваши не будет хватать всем остальным. Какая техника «падающей стрелы»? Нам бы поесть, поспать, помыться. Ладно, идеи психоапокалипсиса закончились. Но может так случится, что у меня все клиенты куда-то денутся. Что тогда? Работа в школе? Работа в больнице? Если меня и туда не возьмут? Вот тут картинки становятся еще страшнее. А если я заболею и не смогу работать? А если заболеет кто-то из близких? Ну на этом моменте начинается отвал всего. Чтобы как-то снизить тревогу, я стараюсь подстелить себе соломок в несколько слоёв. Например, я застраховала жизнь в банковском приложении. И если меня прямо завтра убьёт сосулей, то за мои похороны заплатит Олег Тиньков. А то в нашей стране я не могу себе позволить ни родить, ни умереть. Очень жаль, что женщинам, в отличие от мужчин, не платят за мастурбацию, если она не камеру. Донором я стать не смогу. Крови, кстати, тоже. Поэтому из этих вариантом мне ни один не подходит. Иногда думаю о том, чтобы получить ещё одно земное образование. Например, медсестры. Утешать я умею, брезгливости нет и не было. Опустим тот случай, когда я взялась мыть протухший контейнер после офисного обеда. Но серьёзно, ему было пару недель. Сколько я не обсуждала тему базовой безопасности, всегда звучала тема финансовой подушки. В этой истории всё хорошо ровно до момента блокировки счетов или обесценивания денег. Да, здорово иметь брокерский счёт, недвижку и валюту. Но кто сказал, что это никто не сможет отобрать? Да, своим текстом я никого не успокоила и себя в том числе. Но вот эти мысли стали приходить всё чаще, когда я стала самозанятой. Им я ищу опровержения и думаю про следующий слой соломок. Вообще ноль идей, как мои родители пережили 90е и нулевые. И ещё решились на меня и моего брата. Я даже на ипотеку и потребительский кредит на ремонт решится не могу, что уж. Остаётся: креативная безнадёжность и вера в то, что возможно просто пронесёт. А думать о плохом не помогает.