С начала 2022 года и до объявления мобилизации из России выехали 419 тысяч человек. После 21 сентября страну могли покинуть еще 700 тысяч человек. Сколько из них с тех пор вернулись — точно не известно. Но очень многие из уехавших предпочитают называть это релокацией, а не эмиграцией — даже если они уехали не по работе. Но почему? Сегодняшний выпуск рассылки «Сигнал» — о релокации. Этот текст написал для нас журналист Георгий Биргер. Есть несколько предположений, почему релоканты не хотят ассоциировать себя с эмигрантами. ● Люди эмигрируют в знак протеста, опасаясь репрессий или в надежде выбраться из нищеты, а релоцируются — ради построения успешной карьеры. Будучи релокантом, можно оставаться «вне политики». Эмигрант себе такое позволить не может. ● Признав себя эмигрантом, человек волей-неволей должен задаться вопросом об интеграции в новой стране. Это очень сложно. ● В слове «эмигрант» еще с советских времен слышатся «беглец», «перебежчик» или даже «предатель». «Релокант» не имеет этих неприятных ассоциаций. Оправданы ли опасения местных жителей насчет релокантов? И почему их не любят в новых странах? Читайте в полной версии «Сигнала». Подписаться на рассылку можно вот здесь. В четверг — свежий эпизод дополняющего рассылку подкаста. Подписывайтесь на него на сайте рассылки или на удобной вам платформе, чтобы не пропустить.