​Привет, это Анна Павлова. Несколько месяцев назад было сложно представить, что реальный срок для кого-то может оказаться предпочтительнее условного. Но сейчас в таком положении оказались российские военные-отказники, потому что условка для них означает отправку на фронт — на гибель. В январе мы начали собирать данные об уголовных делах, возбужденных по ужесточенным после мобилизации статьям — так российские власти решили остановить поток бегущих от войны солдат, который не смогли остановить убеждения и пытки в «ямах». Сейчас таких дел уже 536 — это только те, которые рассматривают или уже рассмотрели в военных судах — и с каждым днем их становится больше. В основном — почти в 90% случаев — судят за самовольное оставление части. Бегунов из армии и в мирное время было достаточно, но сейчас число самоволок увеличилось в разы — и очевидно это связано с нежеланием воевать. После мобилизации наказание за побег из части увеличили в два раза, до 10 лет. Но судят не только самоволку: против солдат стали активно использовать почти не применявшиеся раньше статьи об отказе от выполнения приказа и дезертирстве. Если в принципе узнать о наличии таких дел пока еще можно на сайтах военных судов (пока еще, потому что мы уже столкнулись со случаем удаления карточек уголовных дел), то выяснить, чем они закончились, довольно сложно. Гарнизонные суды и раньше не были особо открытыми, но с послемобилизационными делами все еще хуже — приговоры почти не публикуют, заседания закрывают, даже адвокатов запугивают, чтобы те не общались с журналистами. При этом судьи проводят показательные процессы для самих солдат — зачитывают приговоры прямо в частях и проводят беседы с сослуживцами осужденных. Мне пришлось много времени провести за обзвоном военных судов, и в большинстве случаев там отказывались говорить, какое наказание назначили тому или иному военному — иногда сразу рапортовали, что это приказ Минобороны во время СВО, иногда туманно упоминали про «нынешнюю ситуацию», иногда приходилось долгие минуты ждать, пока меня переключат с одного сотрудника на другого или же слушать, как они шепотом советуются, что ответить. Тем не менее в некоторых судах отвечали, и в итоге нам удалось узнать с сотню приговоров. Около 40% из них закончились условными сроками, иногда очень суровыми — до 8 лет. Условное наказание с начала мобилизации уже не считается причиной для увольнения со службы, и все эти военные — и контрактники, и мобилизованные — фактически попали в плен к Минобороны, которое снова отправляет их на войну. Поэтому лучше не бежать, а отказываться ехать на «специальную военную операцию» еще в части. Мы отдельно опубликовали инструкцию от юристов, как поступать тем, кто не хочет убивать и быть убитым. https://zona.media/article/2023/03/22/500500 Не работает ссылка? Читайте здесь