Отличие России от Запада наиболее остро проявляется в пасхальный весенний период. У них уже Пасха и связанная с ней праздничная семидневка, а у нас в повестке еще только Страстная неделя. Получается, им уже можно выдохнуть, а нам еще до куличей предстоит потерпеть. Такое отставание сложилось исторически, и оно, по всей видимости, непреодолимо несмотря на все усилия по импортозамещению. Но в этом состоит и особенность суверенитета, который основан на ином подходе к символам, датам, трактовке и восприятию событий. Между тем, нынешняя апрельская Пасха пока что становится одним из немногих праздников, которому выпадает уже второй раз отмечаться на фоне горячего конфликта и СВО. Новый год с Рождеством, День Победы и другие праздники и памятные даты только по одному разу пришлись на состояние геополитического противостояния, но второй конфликтный круг с конца февраля уже основательно вступил в свои права, захватил праздник 8 марта, выходит на пасхальные торжества и, по всей видимости, продолжит свое шествие и дальше в май и грядущее лето. Недавняя инициатива папы Римского Франциска об установлении двухнедельного пасхального перемирия, вероятно, была связана с попыткой использовать синергию католической и православной Пасхи для того, чтобы остановить кровопролитие. Но голос понтифика хоть и был услышан и принят к сведению, однако не стал решающим и не привел к конструктивным действиям враждующих сторон. Даже Си Цзиньпину с Эрдоганом, не говоря уже о других миротворцах, не удалось задать переговорного тренда. Очевидно, что сражение, как и в прошлом году, продолжится и под звон пасхальных колоколов, и под первомайские митинги коммунистов. Но оно точно завершится если не раньше, то позже, и Пасха последующих годов, как и все остальные праздники, опять будет мирной, как прежде, только с горечью на лицах от воспоминаний о трагедии, со слезами на глазах и ранними сединами.