На фоне одиннадцатимесячного течения СВО, которая, судя по всему, задумывалась как аналог "Крымской весны", молниеносной, почти бескровной, при этом кардинально изменившей сложившиеся за два десятилетия геополитические расклады и позиции России в мире. Но СВО стала абсолютной противоположностью и поэтому все нынешние события стали восприниматься абсолютно по-другому. Отсюда и ощущение застоя "в словесных и смысловых повторах, наблюдаемых в заявлениях и речах руководства, в мелкотемье и абсурдности обсуждаемых депутатами и общественниками вопросов, но главное – в отсутствии каких бы то ни было подвижек, которые бы внушали стране оптимизм или хотя бы сулили надежду на продвижение - если не вверх, то вперед". Если до сентября большинство населения, которого напрямую не коснулась СВО, старалось жить "как прежде", сохраняло "уверенность в завтрашнем дне", ездило в отпуск, брало ипотеки и автокредиты, то после начала частичной мобилизации все изменилось: "страна перешла в режим выживания, то и дело оглядываясь на военкоматы и на ценники в магазинах, прикидывая варианты и подсчитывая возможности". Более информированные и дальновидные уже понимают, что даже вопрос о том, "вернутся ли после этого прежние стандарты жизни и ощущение уверенности в завтрашнем дне", уже неуместен, что бы кто "из руководства не говорил", а остальные начинают догадываться о вероятности этого. Сейчас многие сконцентрированы на вере в том, что период сложностей не будет слишком долог и рассчитывают на победу, которая может дать толчок к позитивным переменам в социально-экономической ситуации, в противовес "поражению". Но что произойдет с надеждами, если победы не будет еще долго? И как изменятся настроения людей в этом случае? Ведь в "застое", напротив, была уверенность в завтрашнем дне и в том, что "завтра будет лучше, чем вчера". Эта вера исчезла лишь в разгар перестройки, что впоследствии обернулось масштабными социальными и политическими катаклизмами… @UAnotRU