Уровень социальной тревоги и невротизации сегодня напоминает ситуацию того черного сентября 1999 -го года, когда взрывались дома, и люди сосредоточились на ожидании плохих новостей. Но тот период предшествовал трансферу власти и пробуждению надежд на позитивные изменения, которые частью даже осуществились впоследствии, но главное – привели к постепенной отмене общественного пессимизма. Возможно, сегодня история возвращается одному ей ведомым маршрутом предначертанной спирали, и вслед за сгущением туч страну ждет хоть и облачная погода, но с прояснениями, а, вероятно, даже и с такими же переменами, какими ознаменовался уход 1999-го года и приход 2000-го. Конечно, как пелось в песне, с нашим атаманом не приходится тужить, однако у многих категорий граждан возникло ощущение тупика, и отъезд могущих себе это позволить россиян связан не только со стремлением избежать мобилизации, но и с пониманием того, что возвращение к нормальной жизни в стране оказалось под большим вопросом, причем вне зависимости от того, как сложатся события на украинском фронте и какое число мобилизованных сумеет вернуться домой. Чем глубже в осень, тем меньше разговоров о технологическом суверенитете и курсе на развитие, и тем больше в повестке вопросов выживания и спасения. Разумеется, женщины на улицах еще не в наглухо повязанных платках и телогрейках, подростки не встают к станкам, продукты не по карточкам, а у разъезда Дубосеково не устанавливают противотанковых ежей. Но тем отчетливей расхождение картины объявленной мобилизации и остатков того относительно спокойного прежнего мира, в котором жила Россия в течение прежнего двадцатилетия. Пропаганда расстаралась с образом врага, в наличие и угрозы со стороны которого поверило немало россиян, но геополитическая конфронтация до недавних пор воспринималась большинством населения всего лишь как определенные тёрки с Западом, которые совсем не обречены были становиться причиной бомбежек городов сопредельного государства, а тем более нынешнего отлучения от семей сотен тысяч мобилизуемых граждан разных возрастов и профессий. Конечно, дело давно так или иначе шло к тому, что канонизация прошлого в таком запредельном эмоциональном порыве рано или поздно приведет к попытке взять и перенести страну в то героическое и тревожное время, когда очереди к военкоматам были длинными и добровольными, а народ сплотился для отпора наступающему неприятелю, не требуя взамен от власти никаких социальных гарантий. Но дословное повторение такого проекта в сегодняшнее время невозможно хотя бы потому, что никакой враг не совался топтать российскую землю, а упреждающий характер СВО больше походит на советско- финский конфликт 1939 – го года, когда события складывались столь же непросто, но мобилизация не объявлялась даже под предлогом того, что упрямых финнов поддерживал коллективный Запад. Сегодняшняя же ситуация представляет собой сборную солянку, в которую понатыкано уже так много противоречивых элементов, что страну поневоле трясет не столько от происходящего, сколько от тревожной неопределенности и отсутствия ответов на элементарные вопросы, которых с каждым днем возникает все больше. https://t.me/russica2/48644