Готовиться к худшему – это скорее медицинский термин. Так обычно говорят врачи родственникам неизлечимо больного, которому остались считанные дни до кончины. В политике и связанной с ней торговле энергоресурсами под худшим подразумевается вовсе не прекращение жизнедеятельности, а новое окно возможностей. Поэтому, когда президент России на совещании с Правительством заявил об обязанности отечественных нефтяных компаний быть готовыми к нефтяному эмбарго Евросоюза, то ответом должен был стать пионерский клич «всегда готов!» Однако одним щелчком тумблера отлаженную за десятилетия систему нефтегазового экспорта вспять не развернёшь и с западного на восточное направление оперативно не перенаправишь. Ситуация сравнима с той, что предопределила массовую эвакуацию советской промышленности за Урал восемь десятилетий назад. Тогда стране удалось в рекордные сроки и ценой чрезвычайных усилий перестроить экономику и заново наладить производство со всеми его цепочками. Сегодня противник бьёт издалека, но вполне прицельно и не менее разрушительно. От работы топливно-энергетического комплекса и его экспортных возможностей в значительной степени продолжает зависеть государственный бюджет, а значит, и способность страны держаться в противостоянии с международной коалицией. Центры внешнего давления настроены всерьёз: помимо ценового диктата и других совсем не рыночных ограничений в отношении нефти из РФ, объявлена настоящая охота на отечественные танкеры, и дело идёт к полному отказу от российского горючего сырья, не считая золота, леса и прочих товаров. Вертикаль власти и большой бизнес на месте, конечно, не сидят. На запрет импорта отвечают налаживанием параллельных маршрутов, а на рестрикции по экспорту – обходными манёврами. Пока что такое дзюдо с превосходящим соперником оборачивается устойчивой ничьей с активным контрнаступлением: добыча нефти за прошедшие месяцы в России не упала, как пророчили зарубежные эксперты, а даже и подросла. Разумеется, одно дело – добыть, а другое – продать и доставить потребителю. Логистические схемы стали сложнее, возможности транспортировки сильно ограничены, но Китай, Индия и ряд других стран на Востоке, Юге и в Азии вовсю наращивают переработку российской нефти, пополняя бюджет державы. Понятно, что впереди предстоят ещё более тяжкие испытания и куда более трудные задачи, потому что заклятые внешние партнёры на достигнутом не останавливаются и норовят усложнить положение РФ, отключив страну от рынков. Однако мир не без добрых дверей, а также окон и форточек, которых в распоряжении российской стороны уже сейчас насчитывается немало. Добавить к этому исторический опыт выживания в куда более непростых условиях – и окажется, что полностью обнести забором и заколотить проходы и доступы для российской экономики невозможно. А вот создать такую степень напряжения, при которой страна основательно затормозит в развитии, недоброжелателям очень даже по силам, поэтому руководство государства неустанно призывает к инициативному поиску новых решений. Правительство если ещё и не создало «железный купол» от санкций, то значительно продвинулось на пути формирования надёжных механизмов защиты ключевых отраслей экономики и финансового сектора. Но санкционное давление всё активнее проецируется на бытовые сферы, непосредственно связанные с жизнью населения. Возникший дефицит картофеля фри в импортозамещённом «Макдоналдсе» – меньшая из проблем, хотя и показательная, свидетельствующая о низком уровне технологической готовности к вызовам сегодняшнего дня. Далеко не все направления бизнеса одинаково эффективно шевелятся в обстановке, не оставляющей шансов переждать и отсидеться. То там, то здесь сервисные структуры и компании-поставщики разводят руками и жалуются на санкционные козни, вместо того чтобы к пятому месяцу спецоперации приспособиться к обстоятельствам и найти свой ответ на их эмбарго.