Коллеги пишут про макроэкономический эффект перераспределения торговых отношений на фоне санкций - если коротко, то Китай - наше все. Со своей же стороны хочется взглянуть на ситуацию в чуть ином масштабе. Что происходит на уровне отдельных западных компаний? Так ли уж массово они бегут с лакомого российского рынка? Вроде бы бегут, а вроде бы и нет. Некоторые делают это неохотно и для виду (с надеждой вернуться при любом удобном случае), а некоторые так и вовсе категорически выступают против. … Взять, например, Uniqlo. Материнская компания популярного бренда одежды Fast Retailing Co торжественно и официально заявила, что продолжит работу в России при любых обстоятельствах. Мол, здесь (читай между строк - в одном из значимых рынков сбыта) живут такие же люди, которые так же нуждаются в одежде, как и во всем остальном мире. И лишать их святого права быть одетыми в Uniqlo компания не видит возможности. … Или Disney, который, казалось бы, вообще должен говорить от лица Америки в целом и американского президента в частности. Да, Disney высказался в поддержку американской позиции, отказался от проката фильмов на нашей территории , но при этом… продолжает продавать свои игрушки в России. Это можно понять - доход компании от мерча уже давно превышает доходы от собственно кинопроката. И что-то нам подсказывает, что отстутствие категоричности в отношении всей своей продукции без исключения дает надежду на возвращение и киносоставляющей. … Президент Франции Эммануэль Макрон так и вовсе посоветовал французскому бизнесу не покидать сгоряча российский рынок. Как иллюстрация его слов, компания Danone осторожно приостановила в России инвестпроцессы, но продолжает выпускать свою продукцию в прежних объемах. … Иными словами, бизнес отлично понимает, что уходя от нас, он теряет огромные деньги. Полагаться на то, что российский рынок будет ждать возвращения отдельных брендов вечно и не восполнит их отстутствие за счет отечественных или азиатских компаний - было бы наивно. А безоглядно обслуживать интересы политики в ущерб собственным интересам западный бизнес не был готов ни раньше, ни сейчас.