​Всем привет! 📕 А сегодня будут страсти Лили по авто и новые события из жизни троицы Брики - Маяковский. В 1927 году Лев Кулешов приехал на дачу в Пушкино на новом «форде». Это был чуть ли не единственный «форд» в Москве, и все с интересом рассматривали машину. Маяковский очень хвалил автомобиль, он вообще восторгался техникой, видя в ней залог будущего прогресса, хотя сам в ней понимал мало и управляться с ней не умел. Ему импонировали технические новинки XX века, и в одном стихотворении он предсказал, что «вечное перо», пишущая машинка и автомобиль станут рабочими инструментами писателя. ❓Интересно, что бы он сказал, узнав про компьютер? Тогда он говорил, что «Пастернак любит молнию в небе, а я в электрическом утюге», образно, конечно, ибо никакая молния в утюге не сверкала — и тем не менее идея автомобиля с того дня запала, особенно в душу Лили Юрьевны. Во время романа с Лилией Кулешов заезжал за ней, и они совершали прогулку по городу. В те идиллические времена было интересно просто кататься по Москве, авто были редкостью, еще процветали извозчики, которые шарахались при виде машин, и ни о каких заторах и пробках никто не имел представления. Автомобиль стал темой разговоров Маяковского и Лили, было решено накопить денег, и Маяковский обещал подарить Лиле машину. Она стала учиться вождению, успешно сдала экзамен и получила права. Это оказалось легче, чем купить авто, ибо денег было немного, копить было не в их характерах и приходилось рассчитывать лишь на гонорары за границей. Тот же Лев Кулешов принес каталоги автомобильных фирм — «Рено», «Ситроена», «Форда»; доступным оказался «рено», да и больше понравился. Лиля очень загорелась, она любила все новое, модное, передовое и удобное, она представляла себя за рулем. «Это будет очень современно», — записала она в дневнике. А Маяковский хотел ее порадовать, он всегда стремился выполнить любое ее желание, любой каприз — тем более теперь, когда любовь ее к нему охладевала, если не охладела. В 1928 году он ехал в Берлин и Париж. Сохранилась записная книжка поэта, с которой он ездил в тот раз. Это не та книжка, куда он заносил строки стихов. Другая — Лиля Юрьевна еще в Москве записала в нее поручения, которые обычно пишут жены мужьям, когда те едут за границу. Она была педантична, и все указано точно-точно. «В БЕРЛИНЕ: Вязаный костюм № 44 темно-синий (не через голову). К нему шерстяной шарф на шею и джемпер, носить с галстуком. Чулки — очень тонкие, не слишком светлые (по образцу). Дррр… — 2 коротких и один длинный. <«Дррр» — так тогда называли молнии-застежки.> Синий и красный люстрин. В ПАРИЖЕ: 2 забавных шерстяных платья из очень мягкой материи. Одно очень элегантное, эксцентричное из креп-жоржета на чехле. Хорошо бы цветастое, пестрое. Лучше бы с длинным рукавом, но можно и голое. Для встречи Нового года. Чулки. Бусы (если еще носят, то голубые). Перчатки. Очень модные мелочи. Носовые платки. Сумку (можно в Берлине дешевую, в K.D.W.) Духи: Rue de la Paix, Mon Boudoir и что Эля скажет. Побольше и разных. 2 кор. пудры Агах. Карандаши Brun для глаз, карандаши Haubigant для глаз. <Все покупки в Париже помогала выбирать Эльза.> МАШИНА: Лучше закрытая — conduite interiere — со всеми запасными частями, с двумя запасными колесами, сзади чемодан. Если не Renault, то на пробку. < Нарисована фигурка. > Игрушку для заднего окошка. Часы с заводом на неделю. Автомобильные перчатки. Всякую мелкую автомобильную одежу, если будет машина. Машина лучше закрытая. Со всеми запасными частями. — Сзади чемодан — Автоперчатки». Их переписка того периода полна обсуждений этой, ставшей насущной, проблемы. «Про машину не забудь, — писала Лиля в Париж Маяковскому 14 октября. — 1) предохранители спереди и сзади, 2) добавочный прожектор сбоку, 3) электрическую прочищалку для переднего стекла, 4) фонарик сзади с надписью «стоп», 5) обязательно стрелки электрические, показывающие, куда поворачивает машина, 6) теплую попонку, чтобы не замерзала вода, 7) не забудь про чемодан и два добавочных колеса сзади.… 📕Продолжение в комментариях ⬇️ #мыслиокнигах #книги #Маяковский