Поймала себя на мысли, что давно не читала старого доброго треша. Залезла на полку с контркультурой и выудила оттуда две повести Габриэль Витткоп. Обычно я не пересказываю Вики, но тут такая персона неоднозначная, давайте немного расскажу про автора, а затем уже объясню, почему Витткоп, в отличие от остальных писателей контркультуры, читать не противно.

Габриэль воспитывалась отцом. В возрасте четырёх лет она уже умела читать, в шесть — изучала классиков, особенно выделяя декадентство и нуар. В годы оккупации вышла замуж за бисексуала и жила с ним вплоть до его добровольного ухода из жизни. В 2001 году на свой 81-й день рождения Витткоп, больная раком лёгких, приняла решение покончить с собой.

Проза Габриэль не так интересна и разнообразна, как ее биография.

Первая опубликованная повесть «Некрофил» посвящена сексуальной тяге к трупам. Тут попрошу не кривить рот, не так страшна некрофилия...
(Екатерина, вы меня пугаете)

Главный герой - владелец антикварной лавки. Он ведёт дневник, в который записывает всех своих любовников, всех, кого удалось выкопать и благополучно донести до дома. Иногда это молодые женщины, но бывает всякое, близнецы брат с сестрой, старухи и т.д.
Подхожу к главному. Вам противно читать «проклятых» поэтов? Читаете про жадные и чёрные полки личинок и подавляете рвотный рефлекс? Нет же? У Габриэль трупы с кожей цвета луны и мрамора, пахнущие шелкопрядом и пряностями. Рты их распахиваются не в результате разложения (хотя на самом деле поэтому), но чтобы подарить главному герою последний поцелуй.

Габриэль ненавидела детей и в своих книгах всячески над ними издевалась. В «Некрофиле» главный герой насилует младенца и не может сношать его мать традиционным способом, так как та изуродована родами. А скандальная повесть «Торговка детьми» - вообще фантазия в стиле «120 дней Содома». Это фильм у Пазолини получился страшный, ну а книгу разве можно воспринимать всерьёз? Некая Маргарита пишет письма своей коллеге по ремеслу Луизе с советами, где украсть детей, как выгодно продать и куда в случае чего деть труп. Снова эпистолярный жанр, который с одной стороны располагает читателя, с другой выставляет напоказ промахи автора. Герои у неё не раскрываются как лопнувшие животы трупов, а рассеиваются как дым кадил, оставляя после себя в памяти лишь запах базилика и пару-тройку удачных сравнений, вроде «глаза, похожие на черные маслины, которыми торгуют греки».

Но убрать эти описания, что останется? Вроде и история есть, а конфликта нет. Давление не скачет, читатель не нервничает, то есть насилуют и убивают всю книгу, а дальше то что? Торговка приняла ислам? Подхватила сифилис? Влюбилась? В чем конфликт то, за кого мне переживать? Концовки совсем размытые и неправдоподобные.

В общем, при всей моей лояльности к контркультуре, Витткоп - это не про литературу.