Забавно, как контекст меняет восприятие: в СССР философскую литературу читали, выуживая драгоценные абзацы цитат Сартра и Хайдеггера из идеологического варева советского новояза; сейчас приходится фильтровать саму «философию»: готовящаяся «интеллектуальная биография» Кожевникова окажется на 90% карлой-марлой в духе «Мысли — это то, что мы думаем», а в оставшихся 10% будет несколько строк (а если повезет — даже абзацев), содержащих полезные факты о сотрудничестве Кожева с большевиками-евразийцами и работе на КГБ.