Шла третья неделя карантина в Баварии. Я сдалась. — Мам! Ты вроде предлагала помочь тебе по саду, да? Что там сделать нужно? Я кажется созрела для созидательной работы на свежем воздухе. Зина с ухмылкой выдала мне ведро, лопату и перчатки: — Вот, — говорит она, указывая на огромный ящик в углу сада, — компост! По-нашенски "перегной" значит. Собственного производства. Целый год это #говнище собирала, чтобы вырастить вам нормальные домашние огурцы и смородину. А то вам совсем в этом вашем Париже жрать нечего. Так хоть пару банок варенья привезу... Короче! Компост нужно равномерно раскидать по всем грядкам. И ушла оставив меня, изнеженного городского ребенка, наедине с дикой баварской природой. Позорно отступать было некуда и я начала раскидывать перегной на грядки. "Вот и славно! — думала я, — А то совсем никакой физической активности тут. Соскучилась по залу... Еще пару ведер, глядишь и согреюсь! Хуевая нынче весна в Баварии. Четыре градуса всего... Нет, все таки вся это ебучая агрикультура и земельные работы не по мне. Ну и дерьмище... Может просто представлю себе, что я работаю на кладбище? Соскучилась по Пер-Лашезу..." Из ведра вывалилась огромная белая личинка. Она была явно дохлая, но в отличной форме. "А вот и первый клиент!" — подумала я и выкопала ей в грядке углубление-могилку. Присыпала землей, скорбно посмотрела. Затем снова раскопала, чтобы удостовериться, что гусеница действительно мертвая. Снова закопала. Вздохнула. Вспомнила наизусть куплет группы "Кровосток". Вспомнила, что я вообще-то терпеть не могу природу, и что я скорее удавлюсь, чем когда либо заимею собственный сад-огород. Землю я люблю только в сочетании с каменными глыбами. Или с бренными останками своего бывшего. Если джунгли, то исключительно бетонные. — Совсем тут скоро ебу дам! — выругалась я вслух, бросила ведро и пошла переслушивать "Кровосток". "Короче, мать природа - нихуя нам не мать, А сплошной могильник без надписей. Ее не защищать, а в рот ей насрать За все ее кровавые блядские пакости."(c) #Карантин #мамыпост