Про “сына маминой подруги” и итоги моей терапии

Знаете, что я заметила после 6 месяцев терапии? Мне стало легче дышать. Я будто выбралась из затхлой комнаты, в которой просидела последние 20 лет. И увидела, что вокруг есть много поводов для радости.

Я перестала себя сдерживать, ограничивать, запрещать себе что-то делать. Звучит странно, но у многих есть этот голос в голове, который диктует “тебе это нельзя, ты этого не заслужила”.

Это проявляется в чем-то глобальном и в мелочах: я стала покупать полезные продукты, красиво обставила квартиру, лучше смотрю за домом (чистота для меня – тоже форма любви к себе).

Мы привыкли думать, что детство и то, чему мы научились, не имеет такого уж значения: Какая разница, что там случилось 10-20-30 лет назад, если можно на все посмотреть свежим взглядом?

Разница есть. Повзрослев мы сменили привычки, простили обиды и постарались забыть плохое. Но наши реакции и картина мира были созданы 10-20 лет назад, когда мама запрещала, папа ругал, а близкие нарушали наши границы.

У меня было так себе детство. Для родителей “сын маминой подруги” всегда был лучше, умнее и интересней. Когда у нас были гости, мама очень старались быть милой с другими детьми. А дома, наедине, я никогда ее такой не видела.

Я помню, как в 6 лет мама с папой посадили меня на диван и сурово сказали “Ты у нас не такая красивая как другие дети. Ты должна развивать остальные качества”.

Прошло 30 лет, а эмоции никуда не делись. Я просто заперла их в ящике, а на поверхности создала новую личность: которая изо всех сил стремилась доказать себе, что ее тоже можно (и есть за что) любить. “Сын маминой подруги” тоже никуда не исчез, но теперь это была “бывшая моего парня”, “девушка с более курносым носом” или “неизвестная женщина, на которой он все-таки женится” (потому что я недостаточно красива).

Все это лежало так глубоко, что у меня ушло полгода, чтобы наконец-то прервать этот сценарий. Чтобы размотать клубок и посмотреть на себя с сочувствием и любовью. Перестать доказывать и начать просто жить и получать радость.

В процессе нет никакой мистики, никакого “радикального прощения” и работы с энергией вашего рода. Это перестройка мозга, починка того, что в какой-то момент сломалось и создало разрыв с реальностью.

Благодаря терапии я поняла, что выбор партнера, реакции на неудачи и даже склонность грустить или наоборот радоваться зачастую связаны с нашим прошлым.

И хотя наше детство уже не исправить, это совсем не важно. Важно посмотреть на мир под новым углом и осознать, что у нас есть выбор.

А что же сын маминой подруги –отличник, медалист и первый красавец школы? Он, как и я, давно ходит к психологу, чтобы вылечить свои раны.