Американская культура, даже справа, есть культура-ублюдок.

Если англичанин – это жид, то американец – это хохол.

Искусство и философию там заменяют «постинг», ритуальный новояз (все эти кумеры, думеры, лягушки и короли) и теории заговора. Это считается хорошим средним уровнем (и действительно является им по сравнению с журналами Vice и National Interest). Вершина – Молдбаг («ну эээ демократия представляется не вполне оптимальной»), БАП («накачайся кароч и въеби им»), Кантбот («реальность – псайоп ЦРУ»), Делишос Такос («горе мне, рок постиг меня, мне не дают телки»)

Все это забавно и местами остроумно, и от Америки в ближайшее десятилетие некуда деться, но не стоит забывать, что американцы по сравнению с нами – полулюди, дегенераты и варвары. Ориентироваться на них – все равно что жителю Константинополя времен Алексея Комнина читать и переводить «болгарских и сербских мыслителей».

Мысль американского правого не идет дальше «че нам делать с инородцами, они потоптали мой газон». Молдбаг критикует демократию не потому что демократия не устраивает его онтологически, а потому что ему кажется что при автократии будут скорее процветать святые для каждого американца ценности (св. Бизнес, св. Частная Собственность и св. Нуклеарная Семья). Когда американец говорит «западная цивилизация», он подразумевает стрип-молл образца 1950-х и прилегающую феллахскую субурбию – все что изобрели в начале прошлого века менялы с Мэдисон-авеню, чтобы продавать домохозяйкам больше пылесосов; причем обыватель поверил им так же истово, как раньше верил проповедникам харизматических церквей, учившим его трястись и говорить на ангельских языках.

Железный занавес парадоксальным образом защитил Россию от социокультурного вырождения – в отличие от остальных западных стран, превращенных капитализмом в однородную коллективную массу мещан-полуживотных, здесь, хотя и в усеченном виде, сохранились мыслящие социальные слои и вообще мода и привычка полноценно мыслить.

Чтобы убедиться в этом, достаточно провести вечер на одной общажной кухне с любыми русскими студентам любого хорошего гуманитарного факультета. Они будут разговаривать об абстрактных вещах. У них будут разнообразные, часто полярные мнения. Во всем остальном мире это уже давно так не работает.

Нравится вам это или нет, но русские – последний важный народ планеты, сохранивший воображение, полноценное индивидуальное сознание и способность рефлексировать (т. е. бессмертную душу). Мы – последние люди на Земле. Всех прочих прямо сейчас медленно переваривает Машина; выжившие однажды станут либо нашими федератами, либо нашими рабами.