Со своими святыми, апостолами, мессиями. Со своей устремленной вверх атрибутикой и сверкающими храмами. С расколами и заповедями.
Умом мы все давно понимаем - там ничего нет, дальше следующей планеты не улететь. Но продолжаем туда стремиться. Тысячи лет. И настоящие полеты туда не убавляют интереса - это жрецы поговорили с Богом.
Да, освоение космоса позволяет развиваться науке. Но и монастыри были когда-то центрами научного знания.
А главное - это вера. Вера в то, что всё закончится, и мы все улетим туда.
В пятом классе мы разговаривали примерно так:
Да ты просто пидарас. Ты - пидарас. Ты - пидарас. Кем ты станешь? Ты кем станешь? Пидарасом? Нет, космонавтом!
И так всё, по-доброму. По-дружески, с задором.
А через пять лет первый раз угостили водкой - старшеклассники пригласили в какую-то квартиру, потому что у меня с собой была гитара. И казалось, что космос очень близко, и ощущения были точно как на центрифуге, и реакция организма соответствующая. Выгнали. Друг вел меня домой, а я всё спрашивал, забрал ли он гитару. А когда останавливался поблевать и отдышаться, смотрел потом в темное небо.
Иногда езжу мимо Ховрино, смотрю на бесконечные дома вдоль новых развязок. Тысячи квартир, в каждой, в лучшем случае, по человеку, но скорее всего, по целой семье. И никто ни кем не станет. Если все сложится хорошо, подерутся на праздник. Но вряд ли. Будут просто вечно смотреть в телефоны. Невозможно поверить, что у всех есть душа, что все они бессмертны - это же нескончаемый ужас - миллионы бессмертных пользователей коммунальных услуг. И вот для них - для нас - космос? Бессмертие?
Не бывает несбывшейся мечты. Бывает предполетная подготовка.