О выдающихся электронщиках постсоветского пространства. Эпизод 3 — Anton Zap: «Мой музыкальный опыт — это опыт маленького диджея из тихой московской квартиры, который был резидентом “Пропаганды” в те 8 лет, что выпали на самый знаковый период в жизни клуба», — скромничает 44-летний Антон Барбашов, он же Anton Zap. Если говорить чуть объективней, то опыт Антона – это опыт сильнейшего российского электронщика конца 2000-х. Сравнимым авторитетом в те годы обладала разве что Кравиц, но если она тянулась к славе, то Барбашов убегал от любой публичности. Поговорить с Антоном стремились лучшие издания, однако он не дал ни одного нормального интервью, а позже — в 2010-х — проигнорировал гонку продюсеров за популярностью в инстаграме. Но давайте начнем сначала. Москва девяностых. Взрослые люди дрались за нефть, газ и недвижимость. Молодые, включая Антона, изучали западную культуру. «Меня всегда тянуло к музыке и в середине 90-х я наткнулся на виниловый магазин “ДискоОксид”. При нем была студия, где работали начинающие продюсеры, например, Влад Лозинский, – вспоминает Барбашов, — Так вот, всякий раз, что я заходил за пластинками, из студии летели таинственные звуки. Как-то по весне я осмелел настолько, чтобы заглянуть в нее. Так началось мое путешествие в музыке». Новый друг Антона — меломан Лозинский – помог ему разобраться в хаусе, а еще — в технике сведения винила. Тем временем в Москве открылась «Пропаганда». Изначально — обычный гаштет с дискотекой. Но с подачи Антона и других молодых диск-жокеев заведение стало меняться. «При клубе формировался некислый диджейский состав — Дольщик, Дудаков, Языков и я», – говорит Anton Zap. Правды ради надо отметить, что развитие «Пропки» заметно ускорил и DJ Санчез. С каждым годом Барбашев все глубже погружался в ночную жизнь. Он оставался одним из главных резидентов «Пропаганды» с 97 по 2005-й, после чего амбиции подоткнули Антона выпускать свою музыку. Выбор пал на басовитую и мягкую танцевальную электронику, то есть дип-хаус. Для записи Zap использовал аналоговые инструменты, например, семплер Korg Electribe-SX, благодаря чему качество треков выгодно отличалось от композиций, созданных в софте, с которым работала основная масса наших продюсеров. Не подкачало Антона и чувство стиля – материал выходил сильный. Работы он выкладывал на MySpace, где они привлекли внимание главы американского лейбла Underground Quality (UQ) Жус Эда, который и выпустил первые пластинки Барбашова. Релизы оказались так хороши, что к Антону посыпались предложения других лейблов: Uzuri (Англия), Quintessentials (Германия), Million of Moments (Япония). Музыку Anton Zap рецензировали крутые профильные издания — RA, Xlr8r, Inverted Audio – в основном критики хвалили его за изящный и атмосферный звук. Начались гастроли – Берлин, Париж, Рим, Копенгаген, Ибица… Примерно тогда же на взлёт пошла карьера Кравиц. Но если Нина настраивалась бороться за публику и бегать по головам, то Барбашов при возможности уходил в тень. Тем не менее в 2010-м Антон запустил лейбл Ethereal Sound, где вышли релизы ключевых для сцены продюсеров вроде Nocow и Cizh. Но характер Барбашова — одиночки, который не признает бизнесового подхода — был несовместим с изданием музыки. Ethereal прожил 4 года. Ближе к середине 2010-х Антон уплыл из дип-хауса в даунтемпо/эмбиент и стал первым российским автором, релизы которого выпускал легендарный бельгийский R&S. Самая масштабная работа в карьере Барбашева, альбом Water, появилась на “спокойном” подразделении бельгийского лейбла — Apollo. После этого Zap вполне мог начать типичную жизнь успешного электронщика — переехать в Берлин, прокачать соцсети и поднимать бабло, вращаясь в клубной инфраструктуре ЕС. Но тихий Антон остался в Москве, где живет по сей день — играет на маленьких площадках, пишет музыку и занимается мастерингом. Конечно, он заслуживает большего признания, чем получает, но музыка Антона все равно стала классикой российского хауса. Кстати, 28 июля в магазинах появится его новый релиз — Urban Underground Solutions. Как говорят в таких случаях: take a hint.