Ева Иллуз, «Почему любовь ранит? Социологическое объяснение»:

В знаменитой книге Эдит Уортон «Век невинности» (1920 г.) герой, Ньюленд Арчер, решает отказаться от сильной страсти к Эллен Оленска ради выполнения своего предыдущего обязательства жениться на Мэй Уэлланд. Драма, которая разворачивается на протяжении всего романа, противопоставляет обязательство Арчера жениться на Мэй его страстному антиинституционному желанию быть с Эллен.

В этой модели супружества чувства, которые испытывал человек, не являлись единственным законным основанием для вступления в брак. Скорее, законными считались чувства, которые партнеры испытывали благодаря выполнению хорошо известных ролей. Более того, ценность и качество этого брака определялась далеко не тем, проявил ли каждый супруг свою личность и реализовал ли свой собственный внутренний мир.

Хороший брак заключался в способности успешно играть свою роль, а именно чувствовать и проявлять эмоции, соответствующие этой роли последовательно на протяжении всей жизни. Общая система культурных и нравственных ценностей, руководящая исполнением этих ролей, заключалась в настоятельной необходимости брать на себя обязательства, в способности выполнять обещания, данные другому человеку, и играть свою социальную роль, испытывая соответствующие (реальные) эмоции.

Таким образом, обязательства являлись нравственной структурой, которая руководила эмоциями как до, так и во время брака и заставляла супругов погружаться в свой внутренний мир, задаваясь вопросом о том, что им следует делать. Это не означает, что люди не обладали развитым внутренним миром или эмоциями, а скорее, что такой внутренний мир был деонтологически структурирован, т. е. определялся тем, что они должны были делать и кем им следовало быть.

Например, Молли Дорси Сэнфорд, проживавшая на границе, куда она отправилась ради мужа, написала в 1860 г. в своем дневнике (из Колорадо): «Мне стыдно, что я тоскую по дому. Конечно, я не произношу вслух всего, о чем здесь пишу… Я стараюсь быть веселой ради мужа, поскольку боюсь, что он может подумать, будто я несчастлива с ним. Он не связан семейными узами так крепко, как я, и не может понять».

Что делает эти короткие строки чуждыми нашему современному восприятию, так это тот факт, что они обусловлены не тем, что мы назвали бы подлинной сущностью этой женщины, а ее приверженностью роли жены. В самом деле, очень маловероятно, что современная молодая женщина будет стыдиться того, что тоскует по дому. Стыд Молли здесь объясняется в основном ее чувством несоответствия роли жены. Чувства современной женщины, напротив, получили бы широкое признание и превалировали бы над ее ролью. Более того, в современных определениях брака предполагается, что муж должен активно замечать такие чувства и поддерживать их, т. е. обращать на них внимание, признавать и принимать их обоснованность.