И, как и в случае с сексуальным насилием, женщины становятся «подтирательницами задниц» не потому, что такова их биологическая природа, а потому, что, воспитывая девочку, будущую женщину, родители с самого начала прививают ей соответствующие ожидания и готовят ее к принятию своей роли. Только потому, что женщина принадлежит к женскому полу, на нее смотрят как на работника, который будет, помимо выполнения основных обязанностей, убирать за всеми в офисе. А придя домой, она будет писать родственникам мужа открытки с поздравлениями с Рождеством и днями рождения (и ухаживать за ними, если они заболеют). На работе ей будут меньше платить, а когда у нее появятся дети, ее вынудят работать на условиях неполной занятости.

Не умея обеспечить сбор данных о женщинах и их жизни, мы продолжаем считать дискриминацию по признаку пола и гендера естественной и неизбежной, в то же время не замечая ее. А может быть, на самом деле мы не замечаем ее именно потому, что она кажется нам естественной и неизбежной — слишком очевидной, слишком обыденной, слишком прочно укоренившейся в нашей жизни, — чтобы возмущаться и говорить о ней. Парадокс нашего женского бытия заключается в том, что мы всегда на виду, когда к нам относятся как к подчиненному полу, но становимся невидимками, когда речь заходит о вещах, действительно важных для нас, — то есть когда нам нужно, чтобы с нами считались.

Существует еще одна проблема, с которой я столкнулась, пока писала эту книгу. Я постоянно слышала отговорки. Главная из них такова: женщины слишком сложны для измерений. Я слышала эту отговорку от всех — и от проектировщиков транспортных систем; и от медиков, занимающихся исследованиями лекарственных препаратов; и от разработчиков технологий, — все они ломали голову над «тайной женственности», о которой говорил Фрейд, и отступали, не в силах разгадать ее. Женский организм слишком изменчив, у женщин менструации и загадочные женские гормоны. Женские маршруты передвижения слишком хаотичны, график работы слишком непредсказуем. У женщин слишком высокие голоса. 

Даже когда в начале XX в. выдающийся швейцарский архитектор Ле Корбюзье разрабатывал стандартную модель человека для проектирования архитектурных сооружений, особенности женского телосложения «рассматривались в последнюю очередь и были признаны не вписывающимися в гармоничные пропорции». В результате представителем всего человечества назначили мужчину шести футов ростом (183 см) с поднятыми вверх руками (способного дотянуться до верхней полки в шкафу, которая мне недоступна).

Решение проблемы нехватки данных по проблемам пола и гендера очевидно: надо бороться с недостаточной представленностью женщин во всех областях. Когда женщины участвуют в процессе принятия решений, в научных исследованиях, в создании новых знаний, они не дают о себе забыть. 

А значит, разгадка фрейдовой «тайны женственности» всегда была у нас перед глазами. Чтобы узнать ее, «людям» достаточно было просто спросить у женщин.

#книги