Самое интересное в происходящем сейчас - это наличие людей, которые добровольно готовы явиться туда, куда им скажут, отказываясь в процессе от своего дела, дома, близких и потенциально - жизни. Я был готов к многому, этот год точно перевернул понимание того возможного, допустимого и вероятного. Но инстинкт самосохранения мне всегда казался такой нерушимой глыбой, сдвинуть которую невозможно, чтобы вокруг не происходило. Оказалось, нет. В процессе размышления, я понял одну вещь (которую, конечно же, до меня давно понял и описал Пелевин, но лучше поздно, чем никогда). Другие страны и народы, которые делают что-то сейчас в настоящем, делают это ради своего будущего. У них есть образ этого самого будущего, ради которого хочется что-то делать. У кого-то это будущее связанное с свободой и независимостью. У кого-то - с богатством и процветанием. У кого-то - с развитием и наукой. А у одной страны нет образа потенциального будущего, оно никак не планируется и даже не пытается рисоваться. У одной страны есть прошлое. Великое и монструозное. В котором есть героические предки и героические свершения. В котором есть некие золотые времена и золотые люди, ради которых и с которыми стоило жить. И это прошлое взывает и требует жертв и действий ради своего почтения. И люди живут не ради создания интересного будущего, а ради почтения великого прошлого. Но жить ради прошлого бессмысленно, ведь чем больше живешь - тем все дальше и более блеклым оно становится. Ради прошлого неинтересно жить. Ради прошлого интересно отдавать жизнь. И забирать чужую. Посмотрите на людей там и на людей одной страны. Люди там, даже если они много теряют и страдают, у них все равно огонь в глазах - потому что у них впереди жизнь и будущее, которое несет что-то хорошее и интересное. Посмотрите на людей страны, в дорогих костюмах и высоких креслах. У них в глазах пустота, а на лицах скука. У них нет никакого будущего, только великое прошлое, которая с каждым днем становится все более великим и все более прошлым. И все, что остается возможным делать - это всеми силами удерживать людей здесь, не давай им коснуться будущего, пытаясь погрузить в прошлое. Которое вот-вот уйдет.