Обычно я соблюдаю формат текста, который умещается в 4096 символов. И прочитать можно быстро, и в одно сообщение влезает. Но здесь мне захотелось коснуться проблемы, которую невозможно описать так кратко и дать себе волю порассуждать. В конец кнопка с полным текстом. Пишите, насколько вам это показалось лучше или хуже привычного формата. Меня всегда интересовали проблемы философии Новой этики, так как с самого начала я ощущал в ней некий психологический подвох. Проходя терапию и общаясь с другими людьми с ПРЛ, я со временем начал чувствовать мелодию типичной рационализации этого расстройства, когда индивид начинал складно объяснять весьма сложную телегу, общий смысл которой сводился к тому, что вы мне должны и несете ответственность, а я ничего не должен и не несу, потому что у меня лапки. Мы, те, кто лечился, все ловили эту мелодию, смирялись с тем, что это обман окружающих и себя, и учились со скрипом брать ответственность, потому что хотели вылечиться. Каково же было мое удивление, когда я начинал отчетливо слышать эту до ужаса знакомую волну, только уже под знаком целой философии. Я пересматривал историю с домогательствами на филфаке 2020 года. Несмотря на то, что основная мысль поднятого шума была весьма очевидна (Домогательства - это плохо и преподаватели не должны вступать в отношения с студентами, которые от них зависят), в ситуации сразу всплыло много неоднозначности. Сразу после публикации расследования студенческого журнала несколько упоминаемых студенток отозвали свои слова и заявили, что никаких домогательств по отношению к ним не было. Плюс к этому, когда один из преподаватель заявил о том, что у него действительно были отношения с студентками и в свете скандала он уволиться - на его сторону встало очень много студентов с просьбами остаться. И здесь всплывает очень интересный вопрос, что есть харрасмент в своей сущности. Можно посмотреть на это с нескольких сторон. Можно рассмотреть харассмент формально с четкой и понятной формулировкой - это использование своих служебных возможностей для склонения человека к сексуальной связи. Тогда разговор очень простой и короткий - если человек что-то требует, то это карается. Но сразу же всплывает тот самый нюанс из расследования - часть упоминаемых лиц вели себя как люди, которые добровольно вступают в отношения. Никто им не угрожал, не заставлял или не давал выйти. Главным аргументом наличия принуждения было их внутреннее ощущения присутствия такового. Причем иногда формируемое постфактум, спустя время после завершения отношений. По формальному уровню здесь к преподавателю нет вопросов, все добровольно. Тогда уже приходится говорить на других уровнях, гораздо глубже простого формального. Часто в этом случае говорят об экономической или социальной уязвимости студенток. Например, они боятся вылететь из универа и поэтому даже не пытаются отказывать преподавателям, так как потенциально это несет для них угрозу. Но по этой логике всех работодателей в стране можно приравнять к потенциальным харассерам и абьюзерам - ведь увольнение с работы это всегда экономический риск. И тогда любая просьба от начальника к подчиненному несет элемент насилия, так как отказ опасен. В общем, это заводит в некий логический тупик, где насилием становится абсолютно все, что может потенциально связано с ухудшением положения человека. Плюс, на фоне этого есть люди, которые все-таки отказывают и берут на себя риск и для них это не представляет проблемы. Что делать с ними, почему одним это насилие, а другим нет? Или точнее, почему одних такой риск приводит к внутреннему принуждению, а других не приводит? И кого из них нужно воспринимать как норму, по которой следует судить?