в паучьих зарослях, в промокших городах, я прятался, утаивая страх быть узнанным. застёгивал плотнее пальто осеннее. смотрел, как в вышине сгущается... и цепкое кашне, в два оборота, на тщедушной шее затягивал. и так вас всех любил, и прятался за вами, и шутил. и говорил, что нам не будет смерти. шёл дождь, кружили швейные стрижи, обглоданных деревьев чертежи, расклеивал в садах прохладный ветер. мир схлопывался. женщина спала. из-под ключицы, острая игла, дурного смеха, похоти и пьянства, вытягивалась. и ладонь плыла по внутренней поверхности бедра, к последнему прибежищу пространства.