Цена по запросу
Текст: элла геслер

Во все времена роскошь воспринималась как ближайшая подруга траты, крупных расходов, не мотивированных витальной потребностью. Согласно французскому философу Жоржу Батаю, трата – это расход без компенсации, иррациональный, бесполезный. Но бесполезный только на первый взгляд. Главное в трате – то, что она позволяет «быть не хуже других» и «не ударить в грязь лицом». Вот этот состязательный аспект потребления, «денежное соперничество», является одним из главных факторов в потреблении предметов роскоши (Торстейн Веблен, американский социолог, описал это явление в своей «Теории праздного класса»). Роскошными товарами не просто обладают, они используются с целью вызвать зависть, обострить соперничество, показать, что их потребитель «на коне» и выдерживает определенный стиль и уровень жизни.

В современной России есть свои национальные особенности «охоты на соболей». Роскошь у нас – это, прежде всего, потребление с размахом, чрезмерное, нарочитое, имеющее символическое значение: рассказать всем о статусе потребителя. Роскошь связана с властью – она прочерчивает границу между теми, кто наверху, и теми, кто внизу. Конечно, в понимании многих наших сограждан «истинная» роскошь доступна лишь избранным: узкому кругу обладателей яхт, которые называют их лодками («не свои» будут называть яхтами), личных самолетов (бортов!), отдыха в Форте дель Марми («Форточка» для тех, кто понимает), сумочек Chanel (их надо обязательно знать по номерам) и Birkin (это, кажется, самая дорогая сумка в мире).

Почему так происходит, почему мы так демонстративны в потреблении предметов роскоши? Ответ на этот вопрос лежит в анализе глубинных переживаний богатых людей, центральным из которых является острое ощущение временности своего богатства. «У нас превращение богатого в бедного может произойти в течение одного дня»; «у нас от тюрьмы да от сумы зарекаться нельзя»; «начиная со всех этих путчей, переворотов, дефолтов», когда «каждые пять минут меняются условия игры», все «постоянно пребывают в полуобморочном состоянии», «с ужасом думая, что все это может вернуться» – вот та питательная почва, которая и задает вектор сумасшедших трат наших состоятельных соотечественников. (Цитаты взяты из глубинных интервью, которые представители соответствующей социальной группы давали социологам).

Богатство, безусловное благо в представлении большинства, оказывается, тем не менее, источником глубоких негативных переживаний. Как же их преодолеть? Конечно, самый простой путь – не жалеть денег. «У всех нас бесшабашное желание потратить», «Размер богатства в России соотносится с возможностью его проматывать», – говорят респонденты. Подобное «уничтожение» богатства, с одной стороны, снижает страхи и опасения, с другой – позволяет получить внешние подтверждения своего социально-экономического статуса.

Но все меняется, и быстрота технического прогресса в чем-то обессмысливает потребление. Значительная часть вещей быстрее изнашивается как знак, бренд, марка, но не как «тело», материальная субстанция. Особенно это заметно в случае с высокотехнологичными товарами, которые обновляются с потрясающей воображение скоростью. А что же с роскошью? И здесь жизнь не стоит на месте. В потреблении предметов роскоши на первый план выходит изысканность, тонкий вкус, эстетика детали и глубочайшая индивидуальность. Большие деньги – это уже не только возможность что-то иметь, носить, использовать, а возможность стать или быть.