Что касается взаимоотношений между виной и стыдом, я ограничусь напоминанием о том, что история психоанализа уделяла внимание первой больше, чем второму. Сегодня, однако, психоанализ признает стыд центральной проблемой эмоциональных страданий, особенно в связи с тем огромным значением, которое имидж приобретает в нашей культуре... ...Повседневная жизнь детей регулируется постоянным наблюдением за лицами взрослых, которые более или менее осознанно выражают свое одобрение или неодобрение. Презрение проявляется в косых взглядах, безразличии, физическом или эмоциональном дистанцировании. Я предоставлю английскому аналитику Полу Уильямсу возможность описать последствия серьезно нарушенного материнского отзеркаливания в его автобиографической книге «Пятый принцип», где с беспощадной точностью рассказывается о первых младенческих реакциях на презрение матери: «Мы с сестрой выдвигали требования, которые она считала возмутительными, необоснованными, невыполнимыми и потенциально очень пагубными для нее. Вскоре мы поняли, что мы не нужны. Если нам случалось забыть об этом, нам ясно давали понять, что мы вредны, что мы загрязняем и разрушаем ее жизнь. В возрасте четырех лет я осознал, что мне не следует больше ни о чем просить ее и что как можно скорее я должен стать невидимым. Я всегда был убежден, что ответственность за катастрофическую ситуацию с моей матерью лежит на мне. Хотя я был вынужден стать независимым, я испытывал глубокий стыд за то, что не смог стать сыном. Стыд стал источником моего Первого жизненного принципа: все, что я говорил и делал, было неправильным» (Williams, 2014, p. 23). Источник: Лука Николи. Будьте с пациентами там, где они есть / Перевод с итал. О. Гончаровой — М.: Изд. Beta 2 Alpha, 2023. — 288 с. #психоанализ #стыд