Мне кажется, в контексте травмы бывают разные виды зависти: 1) зависть травмированного человека к более благополучным людям ("им так всё легко даётся, а мне так тяжело"). Тут есть много горя и обиды на своё прошлое и много неверия в свои теперешние силы. 2) зависть человека с более "лёгкой" травмой к человеку с более "тяжёлой" травмой ("если все будут помогать только людям в крайне тяжёлых состояниях, то кто тогда поможет мне? мне тоже субъективно очень тяжело"). Тут зависть сопряжена со стыдом, обесцениванием своих переживаний и верой в то, что ресурсы добра ограничены и на всех поддержки не хватит. В книге "Countertransference and the Treatment of Trauma" Constance J. Dalenberg описывает ещё один тип зависти, который может возникнуть в контексте травмы. Это очень оригинальная мысль, я первый раз про такое читаю. (И Constance J. Dalenberg сама пишет, что тоже не видела, чтобы это обсуждалось в литературе по травме.) Это зависть терапевта к прошлому клиента, которое "яркое" и "эмоционально интенсивное" ("therapist’s envy of the patient’s intensely felt and vivid past"). Про такой тип зависти Constance J. Dalenberg узнала от человека в рамках исследования - клиент рассказывал о своём опыте с терапевткой, которая поделилась с ним такими чувствами. По словам этой терапевтки, выросшей в благополучной семье, в контакте со своим клиентом она поняла, что "у неё была очень лёгкая жизнь, богатые родители, папа врач, милая семья, никаких хлопот". И тут пришёл этот клиент со своей чередой ужасов, и терапевтка поняла, что жизнь никогда её так не проверяла на прочность. Она никогда не боролась. И из-за отсутствия такого опыта, ей казалось, что она не имеет никакого морального права разговаривать со своим клиентом. Ей было завидно, она хотела, чтобы у неё тоже было такое сложное прошлое, чтобы можно было гордиться тем, что она многое преодолела. И так как этого у неё не было, все её обращённые к клиенту слова казались ей ничем, ничтожностью. Для иллюстрации такого типа зависти Constance J. Dalenberg приводит пример из пьесы, где один герой говорит по поводу другого героя: "Понимаешь... Для того, чтобы жить жизнь и называть её своей жизнью, для начала ты должен пройти через свою личную боль. Свою уникальную боль. [..] И он сделал это. Да, он болен. Он полон страха и страданий. Он был опасен и может снова быть опасен, хотя я сомневаюсь в этом. Но этот мальчик познал бурю чувств настолько свирепую, что я никогда не чувствовал ничего подобного ни в одну секунду своей жизни. И позвольте мне сказать: я завидую этому." И чтобы выйти из выше описанного терапевтического тупика (было много неозвученного стыда со стороны терапевтки к клиенту и клиенту становилось от этого очень некомфортно), терапевтка поделилась этими чувствами с клиентом. Разрешение было хорошим: неозвученный стыд озвучился и клиент перестал принимать этот стыд на свой счёт, а также слова терапевтки прозвучали для него подбадривающе и он смог почувствовать себя "храбрым". Текст Janina Breidaka #психология