Мораль психоанализа «Думаю, полезно проводить различие между виной и ответственностью. Ответственность указывает на моральное обязательство отвечать за поступки в отношении себя и других, тогда как вина предполагает признание ущерба, причиненного другим, и совершение репараций. / Когда страна переживает геноцид или условия крайнего насилия, как в Аргентине, часто говорят, что «мы все виноваты». Эта идея — другой вид морального искажения, продукт спутанности и отсутствия различения индивидуальной и социальной ответственности. Понятие ответственности подразумевает возможность идентификации с пострадавшими, что ведет к типу солидарности, не основанному на вине. Поскольку оно прилагается к социальному контексту, понятие солидарности не обладает психоаналитическим статусом в теории. Я бы предположила, что можно выводить солидарность из того, что я называю братским переносом». Жанин Пюже. Работа психоаналитика в ситуации войны, террора, острых социальных конфликтов, тоталитаризма и т. д. с особой остротой ставит вопрос об этической позиции аналитика и моральной составляющей самой психоаналитической практики. Насколько этично с точки зрения внутреннего психоаналитического «этоса» оставлять позицию нейтральности в особых социальных обстоятельствах? Насколько (а)морально придерживаться психоаналитических заповедей в ущерб общечеловеческой нравственности? Эти и близкие им вопросы будоражат психоаналитическое и терапевтическое сообщества, и некоторое облечение можно найти лишь в том, что на эту дорожку мы ступили не первыми. Как и во всем, в этом вопросе пальма первенства принадлежит Фрейду. В знаменитой статье «О любви в переносе» (написанной по следам историй нарушения границ Юнгом, Ференци и другими нестойкими последователями) основатель дисциплины сформулировал тезис: наша техника и наша этика – одно и то же. Мысль это многократно и по-разному трактовалась, но самое простое ее значение связано с фрейдовской идеей овладения влечениями – просветительской, по сути, мыслью: «Где было Оно, должно стать Я». Ну и конечно, некий стоический пафос воздержания и выдерживания был неотъемлемой частью личной философии Фрейда. Несмотря на вышесказанное, долгое время психоанализ воспринимался скорее как вызов общепринятой морали – как самими пионерами, так и ширкой публикой. В вопросах сексуальности, деструктивности, психической нормы и патологии психоанализ оставался «перманентной революцией» (Нагель). Пожалуй, ситуация эта радикально поменялась после Второй мировой войны и, если говорить об эволюции самого психоанализа, с расцветом теорий объектных отношений. Список авторов, серьезно исследовавших тему этики с точки зрения психоанализа и этического смысла самого психоанализа достаточно длинен и все время дополняется. Такие философы, как Ф. Риф, Ю. Хабермас, П. Рикер поместили Фрейда в ряд великих мыслителей моралистов. Им вторили такие философствующие психоаналитики, как, например, Р. Мани-Кёрл и Х. Ракер, подчеркивающие моральные устремления психоаналитической практики. Окончание следует...