В становлении патологической азартной игры, в ранних работах психоаналитиков, подчеркивалась роль Эдипова конфликта и амбивалентного отношения к отцу. Делая нарастающие ставки, игрок отчаянно сражается с анонимной Судьбой, которая является замаскированной отцовской фигурой, то есть стремиться превзойти и победить отца. Бросая вызов Судьбе, игрок как бы принуждает ее делать выбор: за или против него, при этом считая, что у него есть право иметь «особое» ее покровительство. Подчеркивалась роль вины и последующего за игрой раскаяния, а также бессознательной потребности в наказании, легко реализуемой через проигрыш, который патологического игрока не только не останавливает от продолжения участия в азартных играх, но напротив еще больше мотивирует продолжать играть. Первоначальная линия психоаналитического понимания этиологии патологической страсти к игре, которую условно можно назвать «Линией З. Фрейда», рассматривалась через призму регрессии и удовлетворения влечений (т.е. на получении удовольствия). Регрессия – это возвращение к более раннему состоянию, образу действия и способу функционировать психически. Регрессия у патологических азартных игроков, по нашему мнению, происходит, по крайней мере, на четырех уровнях: 1) Регрессия к более раннему аутоэротическому (мастурбационному) способу получения сексуальной разрядки и удовлетворения. 2) Регрессия к более раннему архаическому способу психического функционирования (фантазии всемогущества, всемогущего контроля и магическое мышление). 3) Регрессия к ранним объектам любви и восприятию себя как объекта желания Другого («Любимец Фортуны», «Баловень Судьбы», «Везунчик» и т.д.). 4) Регрессия к более ранней основной онтогенетической деятельности (имеется в виду последовательность: игра – учеба – работа). Итак, первоначально психоаналитическая концепция патологической склонности к азартным играм подчеркивала роль регрессии и концентрировалась вокруг достижения удовольствия и/или фрустрации такого. Но она не отвечала на другие важные вопросы, такие как: роль аффектов и Эго, тревоги, депрессии, поддержания самоуважения, неспособности индивидуума выносить реальность и очевидную деструктивность азартной игры для субъекта. «Либидинозно-ориентированная» концепция аддикции переоценивала аспекты получения удовольствия пассивно-рецептивным образом, но кажется, игнорировала факт того, что патологический азартный игрок использует акт игры и всемогущие фантазии на игровую тему не только для получения удовольствия, но и для защиты от тревожащих его аспектов взрослой генитальной сексуальности, необходимости откладывать удовольствие, мириться с неудовольствием и принимать ограничения, налагаемые реальностью. Все это многообразие значений и смыслов можно свести к пониманию патологической игры как инструмента не только непосредственно доставляющего удовольствие, но и играющего защитную роль. Текст: Автономов Д.А. О психоаналитическом понимании этиологии, патогенеза и клинической картины зависимости от азартных игр (З. Фрейд, О. Фенихель) #психоанализ #зависимость