Итак, почему же соблазнительная идея некоторых прогрессивных радетелей за мораль, в разных вариациях звучащая как "пусть травмируются, может, хоть тогда прозреют", или "изолируем - и пусть хоть сдохнут там", или "так им и надо", или (от интеллектуалов) "народ должен получить эту травму и передать ее дальше, чтобы дети и внуки при одной мысли (...)" - так вот, почему эта идея, простите за слог, откровенно дурацкая и ни для кого не полезная. Подключим серьезные умы, чтобы доказать, что это я не из своей головы сейчас все придумываю. Вот несколько надерганных из разных вебинаров высказываний известных специалистов по травме. С моими комментариями в обрамлении / /. 1. Питер Левин: Травма одного человека имеет влияние на других. Даже у социальных зверей, если одно животное напряглось, увидев хищника, вскоре напрягутся все. Для людей это работает тоже. /Те самые зеркальные нейроны, да./ Травма разделяет людей. В частности, потому, что сопровождается невозможностью рациональной оценки ситуации, постоянным ощущением, что кругом враги. Тысячи лет травматического опыта человечества привели к сильнейшему размежеванию. /Почему это очень опасно для общества на уровне страны - понятно. Почему это опасно для мира, если упомянутое общество изолировать? Потому что "сопровождается невозможностью рациональной оценки ситуации, постоянным ощущением, что кругом враги". Мы, в общем, прямо сейчас видим последствия вот именно этого. Буквально этого./ 2. Травма, по мнению Левина, - это разрушенные связи: - с телом; - витальностью; - собственным "я"; - реальностью; - другими людьми. Излечение травмы заключается в возвращении этих связей. Человек как вид эволюционно приспособлен не только воевать, но и кооперироваться, заботиться друг о друге, и дальнейшее выживание вида эволюционно устремлено именно в сторону общности, а не вражды. Основное "лекарство" от травмы - это человеческие отношения, способность вступить в контакт со сложными переживаниями и разделить эту боль с другими. Уязвимость приводит к встрече с другим, к связи с другим. /Если мы хотим видеть мир безопасным, а людей, народы и страны в лице их правительств - способными к диалогу, нам нужны отношения и контакт, валидизация и трансформация сложных переживаний, возможность разделить боль, возможность проявить уязвимость. Никто не кается - по крайней мере, искренне - будучи униженным и с ножом у горла. Каются из уязвимости. Уязвимость в условиях нападения невозможна. Ну, то есть, иногда возможна, конечно, но это высший пилотаж для особо просветлённых, и вряд ли изолировать призывают именно их./ Продолжение следует...