Зигмунд Фрейд (1927), обратил внимание на последовательно сменяющие друг друга фазы, характерные для патологического азартного игрока: Игра – «покаяние» – очередной игровой срыв. Чувство вины после игры, дача себе зароков больше не играть, опустошение, попытки приуменьшить и скрыть от близких и окружающих факты (время, суммы, степень интенсивности и значимости игры и последующие за игрой действия и т.д.) – являются признаками, указывающими на наличие у индивидуума игровой зависимости. Когда скрывать факты уже не представляется возможным и игрок в буквальном смысле этого слова «пойман за руку» начинается вторая часть этой драмы – а именно, показное «раскаяние» сопровождаемое для пущей убедительности слезами, обещаниями, клятвами и угрозами наложить на себя руки и т.д. «Покаяние» – это технический прием («перезагрузка совести»), подготавливающий почву для очередного игрового срыва. Подобное «покаяние» не имеет никакого отношения к истинному, первоначальному значению этого слова метанойя (греч.), означающего «изменение мышления» и радикальную перемену образа жизни. Никакого реального изменения мышления не происходит, никаких выводов не делается. Из совершенных поступков не извлекается опыт, образ жизни остается тем же. У патологического игрока происходит оргия самобичевания, самоунижения и жалости к себе. После которой, наступает своеобразный «катарсис», освобождение и патологический азартный игрок успокаивается и в очередной раз говорит себе: «Теперь все, больше я играть не буду! Я завязываю! Это был просто кошмарный сон, и он больше не повториться. Я начинаю жить заново и т.д.». Окончание следует...