У истока человеческих конфликтов, по Жирару, находится миметическое, то есть подражательное желание: мы желаем того, чего или кого уже пожелал кто-то другой. Этот «кто-то», образец, которому подражают, называется «медиатором», посредником между желающим субъектом и желаемым объектом. Медиатор может быть «внешним», то есть абсолютно удаленным и недоступным для соперничества: верующий старается подражать Христу, художник-классицист подражает античным образцам, фанат подражает звездам поп-культуры. В таких случаях, собственно, трудно говорить о подражании чужому желанию — у медиатора может и не быть никаких желаний, известных субъекту, и тот стремится перенять не его желания, а самую его сущность, отождествиться с ним. Таков нормальный и относительно безвредный режим мимесиса. Но есть и другой, опасный режим — с «внутренним» медиатором, который расположен близко к субъекту желания, а потому одновременно и возбуждает желание, и препятствует его осуществлению, заступает дорогу к объекту: так бывает, например, при зависти или ревности, когда соперники не просто желают одного и того же, но и раззадоривают друг друга. Из-за такой взаимозависимости их конфликт идет вразнос; каждый противник считает свое желание спонтанным, возникшим «по собственному хотению», хотя на самом деле оно вырастает только в силу неузнавания своей подражательной природы; есть целая ложная литература, которую Жирар называет романтической, и она внушает людям, что их страсти пылают сами собой, а не наводятся извне. Миметические конфликты особенно участились в современную эпоху, когда с падением сословных ограничений и ослаблением религиозных образцов (внешних медиаторов) мы все чаще подражаем не великим легендарным героям, а собственным, раздражающим нас соседям... ...Идея миметического желания не покрывает всех видов подражательного поведения — люди могут подражать не только чужим желаниям, но и, например, сущности, бытию своего образца; с другой стороны, не все желания, даже порождаемые мимесисом, принимают форму разрушительного соперничества: если, например, слушая чьи-то мечтательные рассуждения о еде, мы начинаем сами испытывать голод, то это перенятое желание еще не делает нас врагами рассказчику... Сергей Зенкин. "Чужие желания и исток всех человеческих конфликтов" #философия